Кошаген — вырос на берегу моря, к его кварталам с запада и юга подступает Морская пустыня, а с востока и севера плещется море. Когда-то этот город был центром паломничества многих воителей: по легенде именно здесь родилась богиня Пантера, именно здесь она росла и постигала искусство боя. Правда, отсюда она и сбежала в далекие влажные джунгли, где со временем стала богиней (чуть не подравшись с Лоули, не особенно желавшей уступать новоявленной богине часть своих функций).
До сих пор о том времени напоминает прекрасно сохранившийся и любовно реставрируемый центр города, состоящий из древних зданий и не менее древних улиц, замощенных крошащимся камнем. Конечно, сохранившиеся кварталы нынче стали музеем под открытым небом, в уцелевших и отреставрированных домах никто не живет, но туристы ходят по древним мостовым толпами. На границе музея под открытым небом выстроен не менее древний храм Пантеры — самый большой в мире. При нем находится и самая большая школа боя Пантеры, где обучаются ее войны. Школа работает по сей день.
Кошаген помнит не только славные дни, когда город развивался и был крупным портом на море Мечты, но помнит он и годы войн, смут и раздробленности Розми. Тогда на его улицах, еще молодых и не знавших ужасов падения древних цивилизаций, вспыхивали кровопролитные схватки, в бою сходились непримиримые враги, а иногда битвы вскипали прямо во дворах. Звон мечей, крики умирающих, брызги крови на стенах… Потом прилетели пришельцы… От их брони отскакивали пули ружей и пистолетов, об их шлемы и бронежилеты тупились сабли, зато огонь из их непонятных орудий собирал кровавую жатву, хотя, как теперь осознавали розмийцы, они стреляли только по необходимости, не давая разгуляться своему оружию в полную силу.
Этот город помнил многое, но он всегда был городом богини Пантеры. Эта легенда и древний храм служили основой его дальнейшего благоденствия, помогая воскресать даже после падений во времена смут и войн.
На одном из пирсов в северном порту Кошагена на борту небольшой яхты расположился седой джентльмен. Был он уже в том возрасте, когда мужчины еще не сидят дома с внуками-правнуками, а еще вполне себе способны сами жениться на молодой красотке, способны зарабатывать деньги, или же вольны пойти на покой и пожить в свое удовольствие. Седой джентльмен, отец шестерых взрослых детей, дед уже пятнадцати внуков, недавно женился в третий раз. И этот брак, в отличие от двух предыдущих, не принес ему ни полезных связей, ни денег, ни влияния, он принес ему радость на старости лет — молодую хорошенькую женушку. Впрочем, красавица и сама была не прочь заключить весьма выгодный для себя союз — деньги мужа, его положение в обществе были способны компенсировать его возраст и наличие детей и внуков.
Господин Литс, а это именно он расположился на палубе своей яхты (далеко не самой крупной в порту, но надежной и быстроходной) довольно созерцал молодую женушку, устроившуюся в шезлонге позагорать. Он был доволен жизнью. Кто-то мог бы решить, что он не достаточно богат, мог бы зарабатывать и больше, но господин Литс прекрасно знал, что он сумел обеспечить себя и детей, а остальное — уже не его забота. Он итак поднял почти разорившуюся компанию отца с колен и вывел на новый уровень. Надо уметь довольствоваться малым, тем более это малое на поверку оказывалось не таким уж и скромным.
Сейчас господин Литс поглаживал окладистую седую бороду, раскуривал трубку и довольно щурился на утреннее солнце, что постепенно поднималось к зениту, покинув несколько часов назад свое убежище в морских водах. Сегодня его яхта отправлялась в небольшое путешествие по морю Мечты, господин Литс собирался посетить Александрию[6] и Наталилию[7].
— Доброе утро, господин Литс! — окликнул седовласого владельца яхты с пирса еще один джентльмен, тоже в возрасте, но лет на пятнадцать моложе.
— Доброе утро, господин Таурен! — поприветствовал соседа господин Литс. — Как ваша нога? Заживает после рыбалки?
— И не напоминайте, дорогой Джошуа! — покачал головой черноволосый Кит Таурен. — До сих пор не может зажить. Видать, та проклятая рыбина, что цапнула меня, была насквозь ядовитой.
— А я вам сколько говорил, что не стоит заниматься этой подводной охотой — неприятностей не оберетесь, — покачал головой седовласый Джошуа, спускаясь к господину Таурену на пирс. Оба мужичины приобрели яхты примерно в одно время, они соседствовали не только на пирсе, но и их компании занимали несколько этажей в одном и том же здании, поэтому джентльмены прекрасно знали друг друга.
— Вы были правы, Джошуа, были правы, — вновь покачал головой Кит. — Вы были вчера в храме Пантеры? На службе?
— Нет, друг мой, не был, — господин Литс вставил в рот трубку. — У меня приболел внук, первый сын моей старшей дочери, я приезжал его навестить.
— Надеюсь, с малышом все в порядке? Он очень милый ребенок, — вспомнил сосед.
— Да, ничего серьезного, скоро поправится, — кивнул морской волк. — Было что-то интересное?
