— Потому что никто не может знать своей судьбы, и, возможно, твоя судьба заключается в том, чтобы спасти Миранду. Боги не отворачивались ни от тебя, ни от Розми. Просто богам Света запрещено вмешиваться в дела людей, люди должны сами себя спасти или уничтожить. Все просто, — собеседник Ривса выпустил струю сизого дыма изо рта, еще раз затянулся сигаретой.
— Спасти Миранду? — усмехнулся Дримс. — Да зачем это вообще нужно? Спасать этот жалкий мерзкий городишко?! Я вообще не понимаю, на хрена его тут оборонять? Почему его не бросить? Не перевести людей в другие города? Ведь сколько денег, людей и техники вбухивается сюда, чтобы защищать от болотных тварей никому не нужный городишко, где живут жалкие вечно пьяные людишки?! Я бы переселил людей, а все болота и весь Пояс Желтых Туманов выжег бы напалмом вместе со всеми болотными тварями!
— Ты думаешь, эта идея не приходила никому другому в голову? — усмехнулся жрец. — Приходила и не раз. Еще Луис I пытался это сделать, а потом Кристофер VIII. Не получилось. Техника с напалмом глохнет еще на подлете, выходят из строя движки, вертолеты падают. А не техника, так с людьми странные вещи происходят — с ума сходят, — доверительно понизил голос странный жрец. — Сдается мне, что сами боги или Создательница Мира не хотят, чтобы это место было уничтожено. Или кто-то еще не хочет. Так что не нам, людям решать, быть Великим Болотам или нет.
— Что в Миранде такого?! — искренне удивился капитан.
Жрец улыбнулся, затянулся сигаретой в последний раз, выкинул окурок, потом внимательно посмотрел на Ривса своими умными темно-зелеными глазами.
— Да, Миранда — жалкий городишко, который никому не нужен. И от этого осознания его жители превращаются в не менее жалких теней самих себя, — согласился он, отправляя в рот кусок жевательного табака. — Но вся беда в том, что тут тоже живут люди, а город хранит великую тайну, о которой известно лишь избранным, и город не дает вырваться великому злу из своих глубин. Если зло вырвется — Розми придется очень плохо.
— Это все сказки, — фыркнул Ривс.
— Нет, сын мой, это не сказки. Это страшная правда. Менялись поколения и цивилизации, а на этом месте всегда был город. И пусть со временем он превратился в жалкое подобие себя прежнего, но именно благодаря ему в свое время была одержана победа богами Света над Сетом и его приспешниками, — жрец улыбнулся. — В это трудно поверить, но лишь благодаря Миранде Розми были дарованы пять веков покоя и тишины, — он внимательно посмотрел на летчика. — Миранда стоит на древних фундаментах. На очень древних фундаментах, — задумавшись, повторил жрец и замолчал. Когда Ривсу стало казаться, что он уже не заговорит, седовласый собеседник задумчиво продолжил свой рассказ. — Когда-то тут было дно моря, а потом оно поднялось вместе с Великими Горами по воле Создательницы Мира, и тогда здесь появился первый город, хранящий тайну этого места. Тут была часть залива, который именуют теперь заливом Морских Королей, а Миранда была морским портом. Тут стояли храмы первых богов и самой Создательницы Мира, а на высоком холме возвышалась обитель Ордена Хранителей Истины. По залитым солнцем улицам ходили те, кто позже стал северными горцами и основателями древних империй, кто, спустя тысячи лет, заложил первый город на месте Фритауна. Солнце нагревало розовые, белые и желтые камни стен домов и храмов, а пышные сады по весне засыпали город розовыми и белыми лепестками яблонь, персиков, вишни и сливы…
Ривс словно бы воочию увидел прекрасный древний город, возвышавшийся на берегу моря, которое билось о высокие гранитные набережные и пирсы. Над розовыми и белыми зданиями летали многочисленные чайки и бакланы, а золотые и серебряные крыши храмов и общественных зданий сияли в свете жаркого солнца. На высоком холме возвышалась белоснежная обитель древнего Ордена Хранителей Истины, куда вели виадуки каменных дорог, сложенные из белого и голубоватого камня. Сады вскипали пеной цветущих деревьев, а на мощеные каменные улицы опускались кисти синей, сиреневой, розовой и фиолетовой цветущей глицинии. Многие дома были увиты красной и фиолетовой бугенвиллией; голубые и сиреневые кроны жакаранды дарили покой прохожим, а посреди скверов и площадей пылали красные цветы делоникса.
По этим ярким и знойным улицам ходили люди в белоснежных туниках и легких сандалиях или же шествовали строем воины в доспехах, надетых поверх красных и синих туник, с пышными алыми и белыми плюмажами на шлемах. Жрецы неизвестных и ныне мертвых богов шествовали по суетным улицам, поправляя свои черно-красные и голубые одеяния, они дарили мир и покой душам жителей этого сказочного города.
В порту шумели многочисленные рыбаки и моряки, что пришли на своих судах из самых разных уголков Дидьены. Они разгружали свои посудины, или же стучали кружками в многочисленных тавернах, что располагались у причалов.
