Безумие полностью

Когда Шон показывается из-за угла, я практически выталкиваю его за дверь, чтобы мы могли поговорить снаружи. Он смотрит на меня и начинает хохотать.

– Я знал! Знал!

– Никому не говори, пожалуйста, – вздыхаю я. Тревога, словно ледяное покрывало, окутывает меня.

– Почему? Почему ты не сказала Адаму?

Я поправляю выбившуюся из пучка прядь волос.

– Не хотела, чтобы он знал, – нахмурившись гляжу на Шона, который выглядит смущенным и удивленным одновременно.

– Я не та девушка, которую он запомнил, Шон, – указываю я на свой обычный топ, джинсы и сандалии.

– Тем не менее, ты та девушка.

– Тем не менее, нет. Я не хочу быть одной из фанаток Адама.

– И он знает это.

– И это всё, что ему следует знать.

Шон смотрит на меня так, словно я головоломка, которую он не может разгадать.

– Почему ты на самом деле поехала с нами?

Я снова вздыхаю, устало потирая виски.

– Профессор грозил ему исключением. Я хотела помочь, поэтому вмешалась.

– Но почему? Почему ты так поступила?

– Тем вечером, когда вы с Адамом встретили меня… я порвала с парнем, – откровенничаю я. – Я застукала его с девушкой на том шоу, а Адам был довольно милым со мной. Честно говоря, если бы не он, та ночь была бы худшей в моей жизни. Я чувствовала себя обязанной ему.

Какое-то время Шон молчит, задумавшись, затем качает головой.

– Не могу поверить, что он не узнал тебя.

– Я выглядела совершенно иначе тем вечером, а он выпил.

– Да, но он словно зациклился на тебе.

– Зациклился на мне?

– Ага. Он очень много говорил о тебе, всегда вносил в список доступа за кулисы и каждое наше выступление в Mayhem публично обращался к тебе, умоляя встретиться с ним после шоу.

Даже не знаю, как переварить эту информацию, что уж тут говорить об ответе. Я просто стою, уставившись на Шона, который всё ещё выглядит слегка ошеломленным.

– Значит, ты не собираешься рассказывать ему? – интересуется он.

– Нет, и я была бы весьма признательна, если бы ты тоже молчал, – качаю головой.

Шон долгое время изучает обеспокоенное выражение моего лица, после чего вздыхает и задумчиво чешет затылок.

– Не скажу, если ты так хочешь. Но, если честно, я действительно считаю, что ты должна ему рассказать.

– Ничего хорошего из этого не выйдет, Шон. Ему не нужно это знать.

– Но я по-прежнему считаю, что ты должна это сделать, – пожимает он плечами.

Зайдя в закусочную, я направляюсь прямиком в уборную, чтобы взять себя в руки. Адам зациклился на мне? Верится с трудом, поскольку он определенно точно не узнал меня, когда я спасла его от д-ра Пуллмена. Кроме того, не прошло и двух дней с момента нашей встречи, как он с крайне счастливым видом заплыл в класс со всеми теми шлюшками, повисшими на нём. Но опять же, похоже, что большинство ребят слышали обо мне – о Персике Адама – следовательно, он рассказал им про меня…

Всё это неважно. Даже если та ночь что-то и значила для Адама – он не тот, кто вступает в отношения. А даже если это не так – я не ищу отношений.

Я возвращаюсь к столику, намеренно избегая взгляда Шона, и ожидаю, пока Адам встанет, чтобы проскользнуть на свое место.

– Ты в порядке? – интересуется он. Я понимаю, что он подразумевает мое длительное отсутствие «в уборной».

– Да, – лгу в ответ. – Скорее всего, меня просто слегка укачало.

– О… Хочешь поехать на автобусе?

Мельком смотрю на Шона, пристально дожидающегося моего ответа.

– Нет… Нет, всё в порядке. Просто не давай мне снова уснуть, – натянуто улыбаюсь Адаму, чьи сдвинутые над великолепными серо-зелеными глазами брови прямым текстом говорят о безмерной заботе обо мне. Это напоминает мне то, как он смотрел на меня в Mayhem, когда нашел рыдающей, и от этого воспоминания мне вновь захотелось растаять в его объятиях. Я быстро перевожу взгляд на свою тарелку и доедаю уже остывший бургер.

Ребята настояли на оплате за мою еду, после чего мы вышли из закусочной под яркие лучи полуденного солнца. Кондиционер в закусочной всё время сильно дул, поэтому теплые солнечные лучи приводят в чувство мою покрывшуюся пупырышками кожу. Мы с Адамом отделяемся от группы, после чего он опускает на глаза очки и закуривает сигарету, прежде чем забраться в машину.

В дороге я достаю учебник и начинаю гонять его по материалу, который мы прошли в автобусе. Я крайне нуждаюсь в отвлечении. Если Шон расскажет Адаму, кто я… даже не знаю, что мне делать. А как поступит Адам? Будет ли он рад? Зол? Позволит ли мне остаться до конца выходных?

Я погружаюсь в обучение французскому языку, и, к моему удивлению, Адам в действительности помнит большую часть пройденного материала и кажется гораздо более сосредоточенным. Полагаю, за рулем он меньше отвлекается, и я намерена использовать это во благо и извлечь выгоду из наших поездок на машине. Мы переходим к следующей главе, и я становлюсь чуть более уверена в том, что мы сможем разобрать достаточное количество материала до экзамена, который состоится через несколько дней.

Спустя час строгого допроса и хороших результатов, я закрываю книгу и забрасываю её на заднее сидение.

– Пора отдохнуть.