Мне сейчас хочется сломать все меня окружающие, чем больше пишу, тем меньше покоя в душе, такое со мной впервые. Изливать мысли, но не находить в том успокоения, лишь больше раздражаться, на то как все вышло, злиться, жаждать все изменить, начать по-новому… возможно без тебя? Возможно, стоит попробовать еще раз остаться в одиночестве и жить, жить так как никогда раньше не пробовала, позволяя себе все что только возможно в этом мире, когда еще есть и деньги. Можно ли поверить, что я сейчас серьезно пишу о своем желание стать той самой беспринципной особой, которой наплевать на свою репутацию, и которая готова пуститься во все тяжкие? Думаю - нет, ты бы не поверил, да и я больше брежу, нежели действительно хочу этого. Нет, не хочу, даже в своих мечтах, никогда о таком не думала, скорее ищу какой – то нестандартной выход из данной ситуации, тот выход, что не приведет к нашему окончательному разрыву, который все более ярко вырисовывается на горизонте. Действия Каро стали тенью, накрывшей наши отношения вернее, чем все прошлое, все что было в пережитом. Есть в этом некая справедливость, закономерность – она стала чертой, которая возникала в моей жизни два раза, отбрасывая меня в другую сторону, не позволяя шагнуть дальше.
В этом письме не будет слез, не будет разрывающего на части горя, не будет и вопроса «за что», только мои мысли, рассказанные бумаги, с твоим образом перед глазами. Так же как не будет и побега от жизни и людей… от тебя. Я обязана собраться первый раз в жизни. Собраться и сказать тебе слова, которые кажутся приговором даже сейчас, когда еще не произнесены. Прощай, Лукас… Прощай…
Декабрь 2009
Пятое письмо Николь
Бокал вина и роза, вот вся моя компания на сегодняшний вечер. Двадцать пятое декабря, Рождество. Принято отмечать с размахом, дарить и принимать подарки, веселиться от души. А я думаю лишь о том, что захватила мало спиртного, три бутылки это всего ничего. Зато у меня достаточное количество бумаги и в ручке хватает чернил. Поговорим еще раз? Ты ведь не против, все равно не узнаешь об этих словоизлияниях.
Сейчас у меня, наверное, будут проливаться на бумагу горькие, пьяные слезы, но мне простительно. Сидя в каком – то дешевом отеля на окраине города, упиваясь не менее дешевым вином, я встречаю Рождество в полном одиночестве, и ты станешь моей единственной компанией.
