— Во! Нашла! Тут написано, что это полицейские дубинки, — сказала Даша, обошедшая ящик с другой стороны.
— Странно, зачем дубины из резины? Это же неэффективно. Лучше из металла или что-то вроде булавы.
— Не знаю, — пожала та плечами. — Может, это для тех, кто хочет бить людей, но не убивать.
— Садисты, что ли?
— Скорее всего, — закивала она. — Хотя… в тюрьме у охраны помню были такие.
— Тогда точно для садистов, — согласился с женой и начал тут всё обливать бензином. Вскоре склад загорелся, и пусть склады стоят весьма близко друг к другу, но мы бензина много привезли… Всегда собираем его, если находим. Ну и из машин его переливаем.
Поэтому вскоре запылали все склады. Что-то лучше горело, что-то хуже. А учитывая, что мы уничтожили подстанцию, питающую комплекс, то склады остались без электричества. Это означает, что автоматические системы пожаротушения не работают.
Как там говорится? Гори-гори ясно, чтобы не погасло…
Взяв Дашу за руку, я смотрел на пламя, которое быстро охватило комплекс. Хотелось бы посмотреть, как оно всё в реальности, но нельзя.
— Пошли? — спросил девушку, смотрящую на пожар.
— Да, пошли.
Даша прижалась ко мне, а по щекам потекли слёзы. Наверное, вспомнила тот день одиннадцать лет назад… Казалось бы, уже всё пережили триста раз, но, нет, что-то да засело внутри… И чувство это называется ярость.
Так что пошли мы не домой, а подхватив оставшийся бензин, пришли в большой торговый центр Галкиных. И пробравшись мимо Стража, которым была гигантская панцирная горилла, устроили пожар.
Сейчас ночь, и здесь никого. Но даже это не утолило нашу ярость. Лишь раззадорило. Поэтому следующие несколько дней мы посвятили тому, что выпустили ярость на свободу. Город пылал, как и наша ярость.
Отпустило нас, лишь когда мы выспались, ну и то, потому что настал день «икс». Приём у Шишкина.
— Что-то мне уже ничего не хочется, — сказала апатичная жена, чистящая зубы.
— А как же просто поесть? — поинтересовался я, ждавший своей очереди.
— Это да, это можно, — Даша зевнула и, сполоснув рот, пошла одеваться. Вскоре и я оделся.
Зевая, мы вышли за ворота академии и пришли к северо-западной стене. С той стороны стены, конечно же. Я увеличил радиус Кластера на сорок метров, и этого хватило, чтобы Эль открыл дешёвую трещину прямо меж двух деревьев.
И вот, мы в реальном мире! Было темно, ибо ещё шесть утра, но шум машин прямо оглушал. На трассе было активное движение, а вот пешеходов пока что нет. И это хорошо.
Теперь осталось купить платье для Даши и при этом выжить… Ну и мне бы костюм найти… Но чувствую, что поход по магазинам будет «весёлым».
— Ещё один… Спасибо, хоть не обглоданный, — вздыхал старший инспектор Денисов Иван Михайлович.
— Это да… Прошлые два — прям совсем жуть, — ответил помощник, который сейчас делал фотографии трупа врача, выброшенного из окна.
— Их точно не люди обгрызли? — спросил морщинистый мужчина с очками на носу.
— Нет, Иван Михайлович. Там следы от острых зубов. Вероятно, собака или зверь какой, среднего размера.
— Понятно…
— А вы точно уверены, что это связано с Рысевыми? — фотограф отвлёкся и посмотрел на своего начальника.
— Полностью уверен. Эти люди принимали участие в подделке документов, по которым Рысевы умерли в больнице во время лечения.
— Вот как, тогда ничуть не жалко их. Коррупционерам или смерть, или каторга, где тоже смерть. Вот только непонятно, что это за мужчина и женщины, о которых говорят жёны погибших.
— Возможно, Рысевы наняли убийц или ещё хуже… — нахмурился инспектор. — Или кто-то зачищает следы.
— Ну, Денис говорит, что по камерам всё чисто. Никто подозрительный не входил и не выходил в дома. Так что действовали продуманно и, вероятно, заходили через окна. Ну или магию использовали.
— Рысевы пока ещё слабы, чтобы слиться с тенью. Но да, всё может быть, — размышлял инспектор. — Но меня больше смущает еда… Зачем они воруют еду⁈
— В первой квартире были следы готовки. И часть посуды пропала. Кстати, неплохая квартира для врача…
— Учитывая безработную жену, он бы сто лет копил на эту квартиру, если бы при этом не тратил деньги, — хмыкнул старший инспектор. — Думается мне, с десяток человек из антикоррупционного надзора лишатся голов.
— Несмотря на суровость закона, люди продолжают брать и давать взятки, — вздыхал помощник инспектора и выхватил телефон. — Алло? Что⁈
Мужчина средних лет завершил звонок и уставился на своего начальника.
— Не томи, говори уже.
— Иван Максимович, там пожар на складах Шевченко…
— Каких именно? — рассердился старший инспектор, ибо складов у герцога много.
— Самый большой. Тот, который недалеко от сквера императора! Пылает всё, словно там ад.
Оставив всё на полицию, инспекторы поспешили к складскому комплексу, дым и гарь от которого были видны за многие километры. Но, приехав, увидели лишь недоумевающих пожарных, которых было аж десять бригад, и большую группу магов с бойцами рода Шевченко.
— Что здесь происходит? — спросил старший инспектор, выйдя из машины.
