— Эгоистичного желания? — Эффи вдруг накрыла волна непонимания и обиды, — Так вот, что это для тебя значит.
— Ты не понимаешь, — он повернулся, сел перед ней на пол и взял ее за руки. Эффи отвернулась в сторону, поджимая губы. — Я не могу больше тобой рисковать. Оборотни — вспыльчивые и горячие ребята. Да, ну это ты уже и сама знаешь… Потом они используют тебя и будут пытать, чтобы помыкать мной, или вовсе убьют. А я слишком тебя люблю, чтобы позволить им это. Поэтому они правы, я должен уйти.
— Нет… Этого просто не может быть. Все это не по-настоящему… — Эффи растерянно взглянула на него, хватаясь хоть за какую-нибудь ниточку, за последнюю надежду. — Я умру тут без тебя! Это ты не понимаешь, как мне без тебя одиноко.
— Я чувствую то же самое, — с болью ответил тот.
— Тогда не надо уходить! — воскликнула Эффи, — Я не боюсь оборотней, я никого и ничего не боюсь, если ты будешь рядом.
— Моя бесстрашная ведьмочка… — ласково улыбнулся Демонтин, потянувшись ладонью к ее лицу. Эффи, опустив голову, закрыла глаза, чувствуя, как они наполняются слезами. — Я сделаю все, чтобы вернуться, слышишь, — он поднял ее лицо к себе, вытирая большим пальцем слезы, катящиеся по ее щеке. — Я стану вожаком, переделаю все эти чертовы правила и законы, помогу закончить войну — и тогда ничто, никакие тысячелетние наглые оборотни никогда больше не смогут нас разлучить.
— Все это звучит так заманчиво… — улыбнулась Эффи, — Когда ты говоришь это. Но это лишь мечты, мы оба знаем, какая у нас с тобой жизнь. Мои друзья будут поддерживать меня, но они не залечат мое разбитое сердце. Потому что они не ты.
— Эй, я же не исчезну насовсем. Я всегда буду рядом, буду защищать тебя. Только на расстоянии, конечно — но другого выхода пока нет. И я не знаю, когда мы снова увидимся… — грустно ответил Демонтин и, осмотревшись, тепло улыбнулся, — Уф, мы с тобой раскидали одежду по всей комнате…
Он прошелся по комнате, собирая свои вещи, и сел рядом с Эффи, медленно натягивая их на себя. Девушка, дождавшись пока он оденется полностью, тоскливо опустила ему на плечо голову и выглянула в окно.
— А погода должна быть совсем не такая, — произнесла она, — Дождь должен был начаться или что-то вроде того. А тут солнце вовсю светит. Как будто специально душу травит.
— Это не навсегда, Эф, — заверил ее Демонтин, — Я постараюсь все сделать для того, чтобы эта война побыстрее закончилась. Не знаю, как, но я найду выход. Ради нас с тобой, — он встал, мельком взглянув в зеркало, — Мне пора.
Эффи вдруг подскочила к нему, обняв изо всех сил и чуть не сшибив с ног, и тот погладил ее по волосам, поцеловав в лоб.
— Я никуда не исчезну, не волнуйся. Оборотни не посмеют тебя тронуть, об этом я точно позабочусь. А если кто-то посмеет напасть на тебя — я сразу узнаю об этом благодаря моему волчьему слуху, и им мало не покажется. Ты, главное, дождись меня, хорошо? Я ни за что о тебе не забуду, просто нам придется какое-то время не видеться. Это ужасно, я согласен, но еще ужаснее будет потерять тебя… Береги себя.
— Прощай… — Эффи потянулась к нему, поцеловав на прощание, и, задержавшись еще на несколько секунд, Демонтин грустно взглянул на нее и вышел из комнаты.
***
--------------------------Red — Lost------------------------------
Не один Демонтин осознавал, что ему придется оставить свою любимую ради ее же безопасности. Для Велимонта это теперь тоже казалось лучшим выходом — никогда он не хотел так поступать с ней, и теперь не мог простить себе этого. Весь день он провел в одиночестве в подвале, пока туда не нагрянули все остальные и не устроили очередную шумную тусовку.
Он же стоял в стороне, краем глаза присматривая за Лорен, чтобы в случае чего сразу подбежать к ней. После такого падения просто чудом было, что она чувствовала себя хорошо. Ему казалось, что на этом все не закончится. Хотя, все-таки банши — сильные создания и легко исцеляются, но все же… На душе у нее явно было не все в порядке.
В руке Велимонт держал бокал с коктейлем из красного вина и крови, и руки его нервно подрагивали после всего, что произошло недавно. Тело его будто его совсем не слушалось, оно сходило с ума само по себе, но даже это не так удивило вампира-некромага, как то, что в голове у него внезапно прозвучало:
— Велимонт…
Он в одну секунду осознал, что голос был ледяным и жестким, насмешливым, жутким, и у Велимонта не было абсолютно никаких сомнений — это был голос Арта.
Велимонт застыл на месте, ожидая чего-то, но тут же схватился за голову, потому что голоса, которых теперь было сразу несколько — заполнили его голову, не оставив в ней и бреши, чтобы он хотя бы мог хоть что-то понимать или различать. Перед его глазами мелькали моменты, когда он становился жестоким и безжалостным — когда убил своих приемных родителей, когда мстил своим врагам и даже по случайности убивал невинных людей, когда срывался из-за новой вампирской сущности и убивал…
"…Нет, отпусти, умоляю!"
"…Ты — всего лишь ничтожная тень, не более!"
"…Ты убил их! Убил их всех!.."
