В тот же момент ей и остальным магам пришлось пригнуться или лечь, закрывая голову: все, кто был в толпе с вампирами и оборотнями, подорвались от травяной бомбы, оставив на том месте лишь трупы и пепелище. Оставшиеся в живых вампиры и оборотни сообразили, что больше они ничего не могут и начали отступать. Вампиры скрылись в лесу самыми первыми — за ними и оборотни.
Не прошло и пяти минут, как на кладбище стало тихо, как всегда и должно быть. Все скрылись в своих норках — сбежали, чтобы залатать свои раны. Лорен вдруг завертелась по сторонам, но Велимонта нигде не было. Она испугалась, что он не успел и мог не выжить, но тут же чуть дальше — в стороне, куда пару минут назад отступили вампиры, увидела его, и рядом с ним его сестру — Амелию. Она все это время подстраховывала их со стороны, стараясь не показываться особо, чтобы ее не похитили.
Но теперь, кажется, все было по-другому. Амелия смотрела куда-то в сторону, а Велимонт, словно не осознавая самого себя, смотрел прямо на Лорен. Она даже опешила, но тут же поняла, в чем дело. На лице у него было написано все, что он хотел сказать, но не мог. Лорен понимала, что сейчас произойдет, но не могла поверить… Она выжидающе смотрела на вампира-некромага, надеясь, что она ошибается, но нет. Он дернулся, уже готовясь уйти.
— Нет, нет… — Лорен замотала головой, бормоча себе под нос.
— Что "нет"? — непонимающе спросил ее Ванька, но тут же увидел ее безнадежный взгляд, направленный на Велимонта.
— Нет… — продолжала повторять она.
Велимонт, услышав ее, еще раз с болью взглянул на нее. Амелия нетерпеливо дернула его за рукав куртки, привлекая к себе внимание. Тот поник, опустив голову, развернулся и шагнул вперед вместе с сестрой, растворяясь в предрассветном тумане.
-------------------Typhoon — Old Haunts, New Cities--------------------------------
В штабе все внезапно затихло. Друзья, сплоченные одной идеей, теперь не знали, куда им девать себя после произошедшего. Всех выбила из колеи пропажа Ника. Все, кто находился в штабе, одинаково переживали эту потерю, ведь ему вряд ли удалось бы выбраться живым.
Все на том кладбище совершили какой-то поступок, который никогда не сотрется из их памяти, оставив неизгладимый след. Кто-то стал убийцей, кто-то — предателем, а кто-то внезапно осознал, что он не такой уж и хороший. Все по-своему познали, насколько темна и ужасна их душа — а все лишь потому, что нужно было избавиться от врага любыми, даже нечестными способами.
Лорен, как и Дино, переживала свою собственную потерю, а добавить к этому исчезновение лучшего друга — и можно было смело идти и плакать в углу. Дино же, наверное, был единственным, кто переживал исчезновение Амелии, не считая Балора и Кэтрин — ее новообретенных родителей.
Все они знали, почему Велимонт с Амелией ушли — или, казалось, что знали. Вывод был только один — они оба вампиры, и они решили присоединиться к своим. Или, скорее всего, Амелия переманила Велимонта, обманув их всех. Но все же, Дино никак не мог поверить, что она способна на такое — слишком он с ней сблизился, чтобы считать ее предательницей или шпионкой вампиров.
Участники ковена в усеченном составе сидели в гостиной, растеряно глядя друг на друга и не говорили ни слова. Все теперь чувствовали себя не в своей тарелке. Никогда до этого они не участвовали в подобной схватке, кроме некоторых некромагов, и сейчас огромная убийственная сила не казалась им такой уж и крутой.
— Люди, мне одной как-то не по себе от этой тишины? — грустно произнесла Роза.
Эффи озадаченно всплеснула руками.
— Мы все будто потеряли часть себя…
— Но это лишь начало, — ответил ей Балор, — Мы провели целую жизнь в борьбе друг с другом. Ничего так и не изменилось.
Лорен, молча покачав головой, встала с дивана.
— Все изменилось, — тихо сказала она, шагнув к двери, и голос ее внезапно дрогнул: — Теперь все по-другому, — и она вышла из гостиной. Эффи, заметавшись, переглянулась с остальными и побежала за ней.
— Ну и, что же мы теперь будем делать? — спросила Василиса, провожая их сочувствующим взглядом, — Мы разгромлены. Хотя мы победили, но все равно я не могу избавиться от этого ужасного чувства внутри.
— К тому же, еще мы лишились короля, — озадаченно добавил Ванька, — Хорошо хоть, никто больше из наших не пострадал.
— Многие пострадали, — отозвался Раймон, — Многие погибли, я видел это. Но мы все здесь, значит это еще не конец. И я уверен, многие из нас ранены, но не говорят об этом, чтобы не тревожить лишний раз остальных.
Все тут же переглянулись между собой, будто подтверждая его слова, но никто так и не решился признаться — все лишь уставились в пол в глубоких раздумьях.
— Как бы не дошло до того, что придется осматривать всех и сразу, хотят они того или нет, — кивнул ему Богдан.
