- Ты настолько устала жить? - Задает он самый глупый вопрос. "Устала", это то определение, но я явно "Устала" не от жизни. Я устала от себя и от страха перед неизвестностью.
- Почему ты молчишь? - Потому как не знаю, что тебе хочется услышать от меня и не окажется ли это тем, что разозлит тебя еще больше. Никогда не стоит обманываться твоим холодным тоном и спокойной, с легкой ленцой речью. Обман, все это обман, как и личина человека, натянутая на существо, которое время от времени проглядывает сквозь холод твоих неестественных желтых глаз.
- Всегда хотел понять, каково это знать, что скоро умрешь?
- Возможно, когда-нибудь ты это поймешь. - Тихо отвечаю, так и не поворачиваясь к собеседнику лицом.
- Мне стоит расценивать это как угрозу? - Его голос немного оживает, нотки легкого азарта прокатываются в пространстве. Мне не нужно видеть его лицо, чтобы понять, он в предвкушении от новой забавы.
- Нет. Я не угроза и даже бороться за свою жизнь не собираюсь. - Я ненадолго замолкаю и уже с большим скепсисом добавляю. - И даже если я выживу, то точно уж не стану мстить. - Правильно, где я и где он? Слишком разные весовые категории.
- А хотелось бы?
- Что?
- Отомстить мне? - Он даже стал улыбаться, я не вижу этого, но остро чувствую игривые нотки.
- Нет. Сейчас у меня только одно желание... - Я резко поворачиваюсь и смотрю с вызовом в эти безумные глаза. -...Держаться как можно дальше и забыть тебя как страшный сон, а еще надеяться, что рано или поздно ты на своей шкуре испытаешь муки своих жертв!
Смелость в словах придает мне сил переступить страх и сказать хотя бы малую часть своих злых мыслей. Не замечаю, как горло стискивает холодная кожа, одним рывком вскидывает меня с подоконника и приближает к его лицу. Желтые глаза поглощает тьма, одна часть губы приподнимается, демонстрируя оскал, злое дыхание омывает мое лицо, но мне уже все равно, я обмякаю в его стальном захвате, готовая к последствиям его бешенства. Он откидывает меня как соломенную куклу в сторону и я ударяюсь головой об косяк. В глазах на долю секунды все потемнело, а затем зрение вернулось. Он навис надо мной.
- Значит, хочешь забыть меня? - Прорычал и тут же его ладонь обожгла мою щеку. - Нет, и не надейся тварь. Последнее, что ты увидишь перед смертью, это мою пасть в своей крови, и я постараюсь, чтобы это зрелище стояло перед твоим взором даже на той стороне, очень долго!
Еще один удар по другой щеке и я отключилась, а потом проснулась с ясной головой в одиночестве все там же на полу, рядом с косяком. И все было хорошо и даже присутствовало какое-то мазохистское удовлетворение, что отчасти смогла высказаться, но оно очень быстро сменилось чувством безысходности своего положения. Теперь сижу, трясусь и смотрю на свою кровь. Захотелось завыть от безысходности, и я даже не подумала себя остановить.
^1Я не вернусь... так говорил когда то
И туман... глотал мои слова и превращал их в воду.
Я все отдам... за продолжение пути, оставлю позади...
Свою беспечную свободу.
Не потерять бы в серебре ее одну
Заветную...
И я выла, сжимаясь в маленьком пространстве и дрожа от холода, пока не поняла, что меня кто-то трясет. Распахнула глаза и испугалась тонкой тени склоненной надо мной. Далеко отшатнуться не дала спинка кровати, врезавшаяся мне в затылок, но боль немного привела в чувства, и вернуло в реальность.
- Ты сильно громко пела. - Тихо проговорил Саша, а мои глаза метнулись к часам, на которых было два тридцать ночи. Я хмыкнула понимая, что скорее всего мой сон не ограничился бы одним, единственным воспоминанием, но его грубо прервали. Я кивнула ребенку, но он не сдвинулся с места.
- Можно мне поспасть с тобой? - Еще тише спросил он. Плохая идея по всем канонам. Во сне я не управляемая и могу начать не только петь, но и пытаться защититься, а это как минимум небезопасно. И все это я уже хотела высказать, как он словно прочитав мои мысли, нашел нужный рычаг переключения в моей голове.
- Мне снятся кошмары с тем серым человеком. Я боюсь. - Он всхлипнул и все, мои очень важные аргументы осыпались, оставляя голый инстинкт защитить слабого. Я молча отодвинулась и приглашающе приподняла одеяло. Тощее тело ужом проскользнуло рядом на подушку, немного поерзало и засопело, а я из последних сил таращилась в стену в бесславной попытке бороться с подступающим сном. Не помогло.
Так и повелось, я забываюсь на несколько часов воспоминаниями, а после ко мне приходит Сашка, и уже тогда я впадаю в липкую пустоту до своего часа, мое тело отдыхает по-настоящему. Эта пустота вокруг оборачивает меня и расслабляет каждый нерв, дарит покой мозгу, который перестает метаться в воспоминаниях. В то первое утро, избавившись от тьмы, я впервые вздохнула удовлетворенно и как-то спокойно. Чуть позже моя пустота перестала быть местом моего заключения, теперь из темноты на меня смотрят его глаза. И я бы, скорее всего бы боялась этого взгляда, если бы не одно "но". В этом взгляде нет привычного холодного расчета безумца, нет злости и ненависти, простые яркие желтые глаза.
