– Верно, – кивнул Костин, – едем дальше. Теперь речь пойдет о другом перевернувшем жизнь Константина знакомстве. Но, чтобы предвосхитить твои дальнейшие вопросы, скажу сразу: Костя был очень привязан к своему учителю. Валерий Леонидович ослаб телом, но не умом, хоть и передвигается в инвалидной коляске, мыслит же здраво. И он тоже любил Костю. Узнав о его кончине, страшно расстроился. Старик служил Ведерникову психотерапевтом, человеком, который всегда внимательно выслушивал его, а Косте требовалось временами освободить душу. Так что Валерию Леонидовичу известно о Косте почти все.
Костя начал «ухаживать» за одной бабенкой. Звали ее Риммой, и оказалась она бесшабашной теткой – позвала любовника в гости в загородный дом. Муж сластолюбивой дамочки отбыл в командировку, и неверная жена решила предаться плотским утехам.
Ведерников приехал в особняк и мысленно похвалил себя. «Объект» был выбран правильно, богатство просто било в глаза, кричало из буфетов, набитых дорогущей посудой, вопило со стен, увешанных картинами, визжало голосами элитной бытовой техники.
– Милый, – прошептала любовница, – сейчас мы вкусненько поужинаем, а потом…
– Можно мне пирожное? – пропищал чей-то тоненький голосок.
Костя от неожиданности аж подпрыгнул на обтянутом атласом стуле из красного дерева. Но дама сердца ничуть не насторожилась.
– Бери, – равнодушно кивнула она, – и не мешай взрослым.
Маленькая, тоненькая фигурка черной тенью скользнула по гостиной.
– Это кто? – удивился Костя.
– Моя дочь Милка, – равнодушно обронила любовница, – ей всего тринадцать.
– Ты не боишься, что девочка настучит папе? – осторожно спросил Костя.
– Нет, она его ненавидит, – спокойно пояснила Римма. – Милка – моя дочь от первого брака, о чем ей Семен не забывает ежедневно напоминать. Так что дочурка на моей стороне. И потом, она ничем, кроме компьютера, не интересуется. Вот сейчас какую-то камеру выпрашивает, завтра куплю, и точно станет молчать в тряпочку. Пошли, дорогой!
Около двух ночи Костя захотел пить. Он покосился на мирно сопящую Римму, встал, нацепил халат хозяина-рогоносца и двинулся на поиски кухни. В огромном особняке с загогулистыми коридорами было легко заблудиться, и Костя оказался перед раскрытой дверью детской.
В комнате было темно, лишь на письменном столе мерцал голубым светом монитор. В кресле перед ним скрючилась худенькая, почти бестелесная фигурка Милы.
Внезапно Костю укусила за сердце жалость. Он вспомнил о своем одиноком детстве, о вечно пьяном отце, о никогда не интересовавшихся его жизнью матери и бабке и внезапно спросил:
– Чем занимаешься?
– Посудой торгую, – последовал спокойный ответ.
Костя хмыкнул:
– Ладно, не обижайся, не со зла поинтересовался.
– Я не дуюсь, – улыбнулась Мила, – а на самом деле продаю сервизы. Это мой бизнес.
– Что? – удивился Ведерников. – Ты имеешь магазин?
– Ага.
– Где?
– В Гардоре.
– Где? – повторил вопрос ничего не понимающий Костя.
Милочка тихо засмеялась:
– В Интернете. Садись рядом, покажу город.
Вот так Ведерников влип во Всемирную паутину.
Он просидел с Милой у компьютера до утра. А на следующий день заявился вновь. Супруг Риммы отбыл на месяц, жена могла вертеть хвостом сколько угодно. Костя быстро выполнил то, ради чего Римма привозила в особняк любовника, а потом пошел к Миле, обучаться компьютерной грамоте…
С Риммой Костя расстался мирно, шантажировать ее не стал – хотел сохранить дружеские отношения с Милочкой. Он понял, какие огромные возможности открывает для него Интернет, и поселился в Гардоре. Довольно быстро Ведерников сменил род деятельности: любовные связи в виртуальном мире приводили к шантажу в реальном. Большинство женщин, с которыми Костя заводил отношения, были одинокими домашними хозяйками, женами весьма обеспеченных людей, чаще всего бизнесменов. Дамочки имели деньги, дома, машины, дачи, квартиры, одним словом, все, кроме любви и внимания. Пытаясь найти друзей, они селились в Гардоре и… становились легкой добычей Кости.
Милочка, обладавшая талантами настоящего хакера, объяснила любовнику матери, каким образом можно установить реальный адрес виртуального собеседника. Дело это хлопотное, но не слишком трудное, и Ведерников легко научился вычислять своих «жен». Да они особо и не скрывались, выходили в Интернет с домашних компьютеров, очень часто охотно сообщали свои настоящие имена, выбалтывали детали биографии и откровенно писали: «Милый, на недельку исчезну. Мой козел сидит дома – заболел, урод, придется на время покинуть Гардор».
Очень скоро Костя стал получать неплохие деньги. Для прикрытия он открыл фирму «Моно», нанял секретаршу и переложил на нее практически все заботы. Сам же сидел в соседнем кабинете, щелкая мышкой. К слову сказать, «обломов» у Кости не случалось, испуганные женщины мигом платили дань. Однако Ведерников, обладавший весьма своеобразными понятиями о чести и достоинстве, общипывал дурочек лишь один раз, держал данное им слово.
