Безумная мудрость полностью

Вы даете мне детальное описание мира, вы учите меня его классифицировать. Вы перечисляете его законы, и в жажде знания я соглашаюсь, что они истинны. Вы разбираете механизм мира — и мои надежды крепнут. Наконец, вы учите меня, как свести всю эту чудесную и многокрасочную Вселенную к атому, а затем и к электрону. Все это прекрасно, я весь в ожидании. Но вы толкуете о невидимой планетной системе, где электроны вращаются вокруг ядра. Вы хотите объяснить мир с помощью одного–единственного образа. Я готов признать, что это — недоступная для моего ума поэзия. Но [231] стоит ли негодовать по поводу собственной глупости? Ведь вы уже успели заменить одну теорию на другую. В итоге наука, которая должна была наделить меня всезнанием, оборачивается гипотезой, ясность вязнет в метафорах, неопределенность разрешается произведением искусства

Будучи художником и человеком, стремящимся познать истину, Камю понимал мифическую природу новой научной реальности. Интересно отметить, что наиболее проницательные и революционно настроенные из современных ученых — Бор, Эйнштейн, Гейзенберг, Бём — также сознавали, что их работа касается одновременно многих сфер — не одной научной. Взять хотя бы такие слова Нильса Бора, основоположника квантовой механики:

Когда речь идет об атомах, разговор может вестись лишь на языке поэзии

.

Во славу доктора Бора безумная мудрость может зачитать такие вирши, обнаруженные в одной газетной статье:

Антипротоны настолько малы, что один квадриллион их — или 1 000 000 000 000 000 — уместился бы на площади в 30 тысяч раз меньшей, чем точка в конце этого предложения.

В действительности наука XX века ничего нам не открыла. Некоторым образом мы вернулись в 500 г. до н. э., когда греческий философ Демокрит (мысли которого очень напоминают то, что мы слышим от некоторых современных физиков–теоретиков) писал:

Принято считать, что сладкое сладко, горькое горько, горячее горячо, холодное холодно, цветное имеет цвет. Но в действительности есть только атомы и пустота.

Демокрит полагал, что атомы — нечто реальное. Его можно простить за это, так как у него не было ускорителей частиц и лазеров, которые позволили современным физикам установить, что цельность атома — тоже миф.

В конце концов, «реальной» может оказаться лишь пустота, хотя даже это остается под вопросом. Физик Карл 232 Прибам предположил, что Вселенная может быть сродни голограмме — возможно, мы в состоянии будем проникнуть сквозь стены реальности, если узнаем заветное слово. Многие святые дураки уверяли, что любая реальность является продуктом нашего сознания. Она — сплошная иллюзия, не более чем театр теней.

Вселенная состоит из преданий, а не из атомов. Мьюриел Ракизер