– Просто безумие! – воскликнула Рейчел. – Самая большая сумма, которую мне дарили в конвертике, – пятьдесят баксов, их вручил мне придурок, который встречался с мамой и пытался завоевать мое доверие. И что ты сделал с этими деньжищами?
– Шутишь? Родители забрали хунбао себе. Как и все деньги, что были подарены мне на Новый год. Я не видел потом и цента.
Рейчел посмотрела на него в ужасе:
– Это неправильно! Хунбао так же священны, как и рождественские подарки!
– Не заставляй меня рассказывать, что они делали с моими подарками рождественским утром! – засмеялся Ник.
Когда они вошли в лифт, Рейчел сделала глубокий вдох, готовясь к знакомству с родителями Ника – по совместительству похитителями хунбао.
– Эй, дышать не забывай! – Ник нежно массировал ее плечи.
На тридцатом этаже лифт открылся, двери выходили прямо в холл пентхауса. Через огромную стеклянную панель открывался панорамный вид на торговый район Орчард-роуд.
– Ух ты! – прошептала Рейчел, восхищаясь глубоким пурпурным закатом, сгущавшимся над горизонтом.
Какая-то дама выплыла из-за угла и воскликнула:
– Ай-я, Ники, ты почему так оброс?! Выглядишь как головорез какой-то! Подстригись перед свадьбой Колина!
– Привет, мам, – просто сказал Ник. Рейчел все еще не могла перевести дух, настолько внезапной была для нее эта встреча, когда Ник продолжил: – Мама, я хотел бы представить тебе Рейчел Чу, мою
– О, приветствую, – произнесла Элинор, как будто понятия не имела, кто это.
– Мне так приятно познакомиться с вами, миссис Янг, – услышала Рейчел свой голос, тогда как мозг все еще пытался воспринять, что перед ней действительно мать Ника.
Рейчел ожидала увидеть величественную даму с напудренным до белизны лицом и упругими кудрями, одетую в брючный костюм а-ля Хиллари Клинтон, но перед ней стояла яркая женщина в модном топе с круглым вырезом, черных легинсах и балетках, выглядевшая слишком молодой, чтобы иметь тридцатидвухлетнего сына. Рейчел склонила голову и вручила ей мандарины.
– Ой, как мило! Не стоило утруждать себя! – проворковала Элинор.
– О да, очень! Ник возил меня попробовать самые фантастические блюда с лотков!
– Куда вы ездили? – Элинор с сомнением посмотрела на сына. – Ты сам уже почти турист и не знаешь, в отличие от меня, всех секретных мест.
– Мы ездили в Лау Па Сат, а еще в Голландскую деревню… – начал Ник.
– Аламак, да что там вкусного, в этой Голландской деревне?! – фыркнула Элинор.
– Много всего! Мы на обед ели прекрасный роджак.
– Чушь! Все знают, что нормальный роджак подают только на верхнем этаже «Лаки Плаза»!
Рейчел засмеялась, постепенно расслабляясь. Мама Ника такая забавная, и чего было так нервничать?
– Ну вот и наша новая квартира, – сказала Элинор, жестом указывая сыну на пространство перед ними.
– Не знаю, чем ты недовольна, мама, по мне, так все идеально.
– Аламак! Ты просто не знаешь, сколько головной боли мне это стоило! Пришлось перекрашивать полы шесть раз, чтобы добиться нужного оттенка! – (Ник и Рейчел уставились на прекрасные блестящие полы из беленого дуба.) – И переделывать часть мебели, изготовленной на заказ для гостевых спален. Больше того, автоматические светонепроницаемые шторы в моей комнате оказались очень даже светопроницаемыми, и там не было достаточно темно. Мне больше месяца пришлось спать в гостевой спальне на другой стороне квартиры, пока мы ждали повторной доставки штор из Франции.
Из прихожей они прошли в большую комнату с тридцатифутовым потолком и решетчатым рисунком на стеклянной крыше, через которую в комнату лился дневной свет. Картина казалась еще более впечатляющей из-за утопленной овальной зоны в центре, по обе стороны которой стояли блестящие диваны из оранжевой кожи от «Эрме». С потолка свисала спиральная люстра из золота и стеклянных капель, почти касаясь овального кофейного столика с основанием из коряги. Рейчел с трудом верилось, что родители Ника жили в таком месте, – это больше похоже на вестибюль какого-то невероятно модного отеля. В другой комнате зазвонил телефон, и в дверях показалась горничная, чтобы объявить:
– Миссис Фу и миссис Леонг.
– Ох, Консуэло, попроси их подняться, – сказала Элинор.
Ник взглянул на мать с удивлением:
– Ты пригласила кого-то еще?! Я думал, это будет ужин в семейном кругу.
Элинор улыбнулась.
