Мои слова утонули в потоке воды, когда она опрокинула меня в бассейн. Как только я вынырнул, она обхватила меня руками за шею, а своими длинными ногами за талию.
Прежде чем я успел ее остановить, ее мягкие губы нашли мои, и она меня поцеловала. Я хотел остановиться. Я, действительно, хотел. Потому что знал, что она была пьяна. Но меня целовали самые невероятные губы, ее язык проник в мой рот и боролся с моим в поцелуе, от которого даже дикие лошади не смогли бы меня оттащить. Это было так сладко и так мокро, и я ответил на ее поцелуй. А когда она застонала, я тоже застонал, принимая все это. Ее влажный рот, движения губ, легкие, нежные касания ее языка и коварное вращение ее бедер, когда она сильнее сжала ноги вокруг моей талии. Это убивало мое намерение.
Даже потерявшись в блаженстве ее рта, я чувствовал, как эти длинные ноги крепко сжимают меня. Нас разделяла только тонкая ткань ее трусиков, и от этой мысли у меня закружилась голова. Я был твердым и пульсирующим. И даже потерявшись в поцелуе и отвечая на грубоватый язык ее тела, я знал, что должен остановиться.
Но черт, это... внутри меня была война. Я не хотел ничего больше, чем стащить свои джинсы, разорвать тонкую ткань этих трусиков и погрузиться в нее.
От этой мысли я закрыл глаза.
— Харлоу... нет... — тяжело выдохнул я. — Ты пьяна.
Она была полна решимости.
— Мне все равно, — сказала она между нападками на мой рот. Она обхватила ладонями мою челюсть. Раскачиваясь и протираясь бедрами, боже, я ощущал это каждой своей частью, которая сейчас имела значение.
Я тяжело дышал из-за неистового желания, которое пронзило меня.
— Харлоу, давай я отнесу тебя внутрь.
Она отстранилась и вздернула брови, ее красивое лицо светилось от крошечных капелек воды.
— Я хочу, чтобы ты взял меня внутри...
Я покачал головой, и если бы в тот момент я не боролся со стояком и яростным желанием быть внутри нее, я бы улыбнулся, такой очаровательной и сексуальной она была.
— Давай я уложу тебя в постель, — сказал я, стараясь все сделать правильно.
— Да. Я хочу, чтобы ты уложил меня в постель и показал, из-за чего все девушки сходят по тебе с ума.
Она поцеловала меня в шею, и я не смог сдержать стон. Черт. Побери. Она все усложняла.
— Малышка... — слово сорвалось с моих губ, когда она поцеловала их. — Не сейчас. Не так, — прошептал я.
Она посмотрела на меня своими удивительными глазами.
— Да, сейчас. Да, так.
Я убрал ее влажные волосы со лба и заглянул в прекрасное лицо.
— Харлоу, я не хочу заниматься с тобой любовью, когда ты в таком состоянии. Когда мы займемся этим, я хочу чтобы ты была трезвой и...
Она нахмурилась. Ее глаза округлились.
— Ты не хочешь заняться со мной любовью? — сказала она невнятно. Она была оскорбленной, а потом губами задела мое горло. — Тогда не занимайся со мной любовью. Трахни меня.
Ее слова сделали меня настолько твердым, каким я никогда не был в своей жизни.
— Не тогда, когда ты пьяна.
Отстранившись, она устремила на меня потемневшие блестящие глаза и освободила меня из своей хватки. Она отошла немного назад и остановилась передо мной. Вдруг она задрожала, ее кожа переливалась бриллиантами капелек воды, а мокрая ткань платья облегала каждый ее идеальный изгиб.
Она резко нахмурилась.
— Пошел ты, Хит, — вдруг закричала она, взмахнув рукой и позволяя ей безвольно упасть. — Пошел. Пошел. Пошел ты!
Снова возникла пьяная Харлоу, и она была П. Ь. Я. Н. А.
Она пробралась к краю и неуклюже вылезла.
— Пошел ты. Придурок.
Видимо, она пыталась понять, как много слов на «п» она могла вместить в одно предложение. И она шла на золото.
Она ковыляла через двор, поскальзываясь и падая на колени. Мокрый, я выскочил из бассейна и поставил ее на ноги.
— Не трогай меня.
Она ударила меня по руке. По той, которую я не использовал, чтобы помочь ей подняться. Удобно.
— Давай я отведу тебя внутрь.
Она толкнула меня и сделала шаткий шаг назад, обнимая себя мокрыми руками вокруг талии.
— Почему не я? — вдруг спросила она. — Почему не я, Хит?
— О чем ты говоришь?
— Что со мной не так? Ты хочешь всех, у кого есть пульс... кроме меня...
И тут меня осенило, что она говорила.
— Подожди. Ты думаешь, что я не хочу тебя? — спросил я.
Она, действительно, была настолько слепа?
Она, вздрогнув, кивнула. Шагнув к ней, я взял ее за плечи. Но она на меня не посмотрела. Я повернул ее голову к себе, и она взглянула на меня своими большими глазами. На ее длинных и густых ресницах были капельки воды, кожа сверкала россыпью капелек воды, словно была усыпана бриллиантами. Она снова вздрогнула, и ее подбородок задрожал.
— Я никогда не хотел никого больше, чем хочу тебя, Харлоу, — сказал я тихо.
Она моргнула, и вода потекла по ее лицу.
— Ты хочешь меня?
Я кивнул и пробежался кончиками пальцев по ее щеке.
— Больше, чем ты могла когда-либо представить. Но ты пьяна. Это не должно произойти таким образом.
Она закрыла глаза и снова медленно их открыла.
— Мне жаль, что я напилась.
— Мне тоже.
Она улыбнулась мне и притянула ближе за шлицы пояса моих мокрых джинсов.
— Когда я проснусь завтра... надеюсь, что запомню этот момент.
— Я сомневаюсь.
— Ты, наверно, прав.
