– Я должен подумать, – наконец говорю я, и он кладет руку мне на плечо.
– У тебя столько времени, сколько будет нужно.
– Нам нужны вкусности! – Я плетусь на кухню вместе с Энди. Мы хотим провести день на диване перед экраном и с
– Эй! Не говори плохо о моем попкорне, – сетует Энди.
Но о попкорне мы обе забываем, как только попадаем на кухню.
– Мама миа, – пищит Энди, и я боюсь представить, что чувствует ее внутренний детектив Монк, потому что даже я полностью ошеломлена открывшимся зрелищем. Это похоже на брошенное поле битвы.
– Дилан? – осторожно спрашиваю я, медленно подбираясь к нему, как будто приближаясь к испуганному дикому животному. – С тобой все в порядке?
Он стоит у кухонного стола и смотрит на хаос перед собой. Кастрюли, грязная посуда, пролитое красное вино, базилик прямо на полу…
– Что случилось? – спрашивает Энди и подходит к нам.
Дилан поднимает глаза и расстроенно смотрит на нас. – Я хотел приготовить спагетти Болоньезе. Но с настоящим, правильным свежим соусом.
– Кажется, не получилось, – заключаю я и получаю от Энди толчок в бок. – Ау! Чего ты? Я же не со зла. В конце концов, я тоже не умею хорошо готовить.
К счастью, на лице нашего друга уже появляется более расслабленное выражение. Он вздыхает.
– Я уже довольно давно мечтаю научиться готовить, чтобы мне не пришлось есть сыр и готовые блюда всю оставшуюся жизнь, но у меня почти нет на это времени, и, честно говоря, я так плохо разбираюсь в кулинарии, что всегда откладываю это на потом.
– Может быть, ты просто начинаешь со слишком сложных вещей, – успокаивающе объясняет Энди. – Попробуй для начала блюда, которые не требуют столько времени и не содержат слишком много ингредиентов. Но, если хочешь, я помогу тебе и научу тебя рецепту чили от моей мамы. На это тоже нужно немало времени, но, в отличие от Болоньезе, я хотя бы умею его делать и могу помочь тебе.
– Мама Энди готовила лучшее чили в мире! – с гордостью объясняю я, потому что она, в некотором смысле, была и моей мамой.
– Было бы здорово! Спасибо.
Мы улыбаемся друг другу.
– А сейчас давайте приберемся. Мне нужен шоколад и
– Вам не нужно этого делать.
Я смеюсь.
– Ты такой милый! Скажи, ты хоть когда-нибудь видел, чтобы я делала что-то, чего я не хочу делать? По крайней мере, без ворчания.
Энди весело качает головой, и Дилан улыбается. Его борода шевелится при этом. Она идет ему. Но на лице выделяется шрам, и мне интересно, откуда он взялся. Пока он ни с кем из нас не говорил об этом.
Мы наводим порядок, ставим все на место и болтаем за уборкой.
– Как ты съездил домой? – спрашивает Энди Дилана.
– Вполне хорошо. Бабушка, в отличие от меня, может творить чудеса на кухне.
– Так, кроме родителей, ты даже навестил бабушку? Это похвально!
– Бабушка и есть мои родители, – отрывисто отвечает Дилан, ставя последнюю миску в посудомоечную машину и закрывая дверь. – Мама с папой умерли, когда я был маленьким. Автокатастрофа.
Взгляд Энди встречается с моим. Мы этого не знали. Черт. Дилан хороший парень, но при этом невероятно замкнутый. Мы не знали совершенно ничего об этой истории. Как так может быть?
– Нам очень жаль, – грустно говорю я, но он улыбается.
– Все нормально. Это было давно. Бабушка вырастила меня, и я ей многим обязан. Вот почему я езжу к ней в Беллингхем так часто, как позволяет учеба.
Энди вздыхает, я вижу, насколько трогательным она считает этот жест.
– Семья – это очень важно, – подчеркивает она, и мы все киваем. Даже при том, что семья и кровные родственники для меня не одно и то же.
– Поэтому я так переживаю из-за Купера и Зоуи, – признается Энди, сев на один из кухонных стульев. Она поправляет очки и морщит нос.
– Ты про сестру Купера? – спрашивает Дилан.
– Да. Купер и его родители сейчас не в лучших отношениях. Это давит на него, а я ничем не могу помочь.
– То, что случилось с его сестрой… – Дилан качает головой, поджав губы. – Купер тут ни при чем.
– Если бы его семья тоже поняла это… – ворчу я, сдувая прядь волос с лица. Настроение у нас становится подавленное.
– Мы не должны хандрить! Мне этого совсем не хотелось. Я уверена, что однажды семья Купера все поймет… и изменит свое мнение. А ты сможешь приготовить свои спагетти Болоньезе, – уверенно заявляет Энди.
– Твои бы речи да богу в уши, – слышу я бормотание Дилана.
