Но, не тут-то было!!! Зубы настигшего меня спаниеля вонзились в мой, и так пострадавший, ботинок. И животное принялось рвать его, яростно мотая туда- сюда головой.
Моё умиление по поводу собачки бесследно испарилось… Пёс уже добрался до моего белого тела, и вкус крови лишь придал его усилиям большего азарта.
Не знаю, чем бы всё это закончилось, но собака вдруг услыхала настойчивый зов хозяина и ослабила хватку, чем я и воспользовалась. Резко схватила её за ошейник и рванула в сторону. И так как мы с противником находились в разных весовых категориях – победила я!!!
Зверь с железными острыми зубами, отлетел в сторону и попал в ту самую лужу! Посрамлённый он, тем не менее, намеревался продолжить…
Но повторный, приближающийся крик хозяина вывел его, на моё счастье, из этого агрессивного состояния. Пёс потрусил к тёмным кустам, вильнув, на прощание пушистым коричневым хвостом.
А я поковыляла к машине, проклиная всё на свете… И собаку, и мужика, и его жену. Короче, их всех!!!
Стоило мне показаться из темноты, как Федюня, узрев меня в зеркало заднего вида, выскочил навстречу и, причитая, как деревенская старушка, принялся запихивать меня в машину.
– Как это тебя угораздило? Боже мой, какой ужас!
– Не меня угораздило, а собаку. Она ведь меня покусала, а я её нет, к сожалению!
– И ты ещё шутишь? – он пытался стащить то, что осталось от ботинка с моей ноги.
– А шутки то, между прочим, плохие! Вот отвезу тебя сейчас в больницу и впорят там тебе сорок уколов.
– Что, все сразу? Не много ли?
– Не много. Может, собака бешеная. Вон что натворила.
– А представляешь, я взбешусь, и буду носиться за вами по агентству, как в фильме ужасов… Я даже знаю, кому больше всех достанется.
– Кому? Надеюсь не мне, – Федюня оторвал на мгновение взгляд от моей ноги.
– Нет. Михаилу… За то, что подогнал нам такую работёнку…
Я поморщилась от боли.
Федюня снимал пропитанный кровью носок. Хоть я и пыжилась со всех сил, не давая себе заплакать, непрошеные слезы всё-таки появились.
– Надо у Михаила потребовать возмещения ущерба. Как морального, так и материального. Хорошие, чёрт возьми, были ботиночки!!!
–Да, хорошие, но это уже в прошлом. Сейчас надо сматываться отсюда. Нельзя, чтобы нас дядька увидел.
– Почему это? Мы с тобой просто влюблённые… Отдыхаем на лоне природы. Имеем полное право… Мы же не виноваты, что разные там собачники, нам мешают. Ты понимаешь, что мы должны его отснять, выходящим из парка. Иначе вся работа насмарку.
– А как же твоя нога?
– А что нога? Ты же её перевязал. Вот только холодно… Смотри, он уже идёт, снимай, а то мне неудобно.
Федюня всё сделал как надо! Здорово всё же иметь такого помощника!
Когда дядька приблизился к машине на опасное расстояние, мы как заправские шпионы, поцеловались. Изображая настоящую влюблённую парочку…Даже саблезубое животное, покусившееся на меня доселе, ничего не заподозрило, протрусив своей дорогой мимо. Видно, упав в лужу нюх потеряло… Чтоб его!!!
Мы с напарником аккуратно отследили весь путь выгулявшейся парочки. И направились к моему дому.
Я скакала по лестнице, опираясь на крепкое дружеское плечо, стараясь не наступать на забинтованную, уже распухшую ногу.
– Батюшки мои!!! – всплеснула руками тётя Тоня, едва увидев меня. – И что же это делается???
Под её жалостные причитания по поводу моей укушенной особы, я похромала в маленькую комнату. Где и нашла долгожданное пристанище на своём любимом диванчике.
Устроила ногу удобней, и откинулась на подушки.
Фёдор переминался с ноги на ногу, не зная, что делать. И идти, вроде, надо и меня жаль оставлять.
– Ты что, Федь, маешься. Ступай уже…
– А как же ты? Может тебя в больницу надо… Сильные укусы-то. И собака, может, того…
– Чего, того? Обыкновенный здоровенький кобелёк… Из вполне порядочной семьи, наверняка привитый от бешенства. Да иди ты уже домой, не страдай! А то, правда, взбешусь!!!
– Ты, сынок, ступай, ступай, не волнуйся. Я тут за ней присмотрю, – приговаривала тётя Тоня, легонько подталкивая его в спину к выходу.
Уже стоя у двери, он крикнул:
– А как же наши съемки? Что Михаилу сказать завтра?
– Да я сама завтра на работе то так и так буду. Ну, может, с некоторым опозданием, учитывая мою ограниченную ходучесть. А камеру ты возьми с собой на всякий случай, отдашь ему.
Утром я никак не могла себя заставить встать с постели. Нога, несмотря на все тёти Тонины хитрости с примочками и мазями, болела нещадно. Отёк спал, но, тем не менее, легче мне не стало. Ранки саднили и доставляли боль при малейшем движении.
Не знаю, как мне удастся опыт с натягиванием сапог, но работа ждёт. И я всей душой и телом стремлюсь туда попасть. Чтобы получить долгожданный отпуск, в виде компенсации за свои вчерашние героические похождения.
Думаю, Михаил мне не откажет. Ни такой уж он суровый и жестокосердный как может показаться на первый взгляд. Должен же он проникнуться состраданием к бедной моей особе.
Олег не позвонил…Почему?
Ну, конечно, он был занят…. Очень занят…
Противный предательский голосок внутри того потаённого места, под названием душа, начал свою заунывную песню.
