Когда мы входим в парадную дверь, в фойе копошатся несколько строителей.
— Мистер Маккинли, мы не ждали вас сегодня, сэр, — говорит один из них.
— Не волнуйтесь, я не останусь. Просто захвачу кое-какие вещи, — отвечает Доминик и ведет меня по винтовой лестнице в сторону.
— Ты и здесь делаешь ремонт? — Спрашиваю я его, замечая запах свежей краски, витающий в воздухе.
— Что-то в этом роде, — ворчит он.
— Что это значит?
— Нужно было починить несколько вещей, после того как я их сломал.
— Почему ты их сломал? — Спрашиваю я, разглядывая его профиль и наблюдая за тем, как сжимается его челюсть.
— Потому что моя девушка забыла, кто я такой, — говорит он, взглянув на меня.
Я замираю на месте, заставляя его остановиться передо мной.
— Что?
— Последние несколько недель мне было довольно нелегко, Люси, — загадочно отвечает он, взяв меня за руку и продолжая идти по длинному коридору.
— Знаешь, ты мог бы просто прийти и рассказать мне, объяснить, кто ты такой.
— И что бы хорошего это дало? Ты все равно не помнишь. Ты знаешь меня не лучше, чем любого из тех, кто работает внизу, — говорит он.
— Это неправда. Я видела тебя голым. Ни одного из этих парней я не видела в таком виде... пока. — Улыбаюсь я.
— И никогда не увидишь. Никаких
— А это чьи? — Спрашиваю я, указывая на другую сторону, где собрана вся женская одежда.
— Твои, — говорит он.
— Я жила с тобой? — Спрашиваю я, рассматривая различные туфли и сумочки.
Доминик несколько секунд просто смотрит на меня.
— Да, — наконец говорит он.
Я вглядываюсь в его лицо.
— Ты лжешь. — Может, я и не помню, но я уверена, что не жила здесь.
— Ты уверена? Ты была без ума от меня, Люси. Не отходила от меня ни на шаг, никуда без меня не ходила, — говорит он.
— Теперь я знаю, что ты несешь полную чушь. Я бы никогда не стала так сильно зависеть от кого-то другого, — возражаю я.
— Думаю, мне просто придется доказать, что ты ошибаешься, и заставить тебя снова увлечься мной. — Пожимает он плечами.
— Можешь попробовать, — парирую я в ответ, прежде чем сменить тему. — Ладно, куда ты меня ведешь? — Я продолжаю рассматривать выбор одежды передо мной. — Мне нужно знать, что надеть.
Доминик проходит дальше в гардероб. Он перебирает несколько вешалок и достает сарафан. Он белый со светло-голубым цветочным узором.
— Надень это, — говорит он, протягивая его мне.
Мой взгляд опускается на сарафан, а пальцы скользят по ткани. Она мягкая, и я уже могу сказать, что сарафан будет потрясающе ощущаться на моей коже. Я подумываю вернуть его на место и выбрать что-то другое, просто чтобы доказать, что могу самостоятельно выбрать себе одежду. Но быстро решаю отказаться. Вместо этого я кладу сарафан на длинную полку в центре шкафа, и сбрасываю халат на пол. Я медленно стягиваю рубашку через голову, оставаясь полностью обнаженной перед Домиником. От его взгляда у меня по коже бегут мурашки. Я чувствую, что становлюсь влажной от одной мысли о том, что он может сейчас сделать со мной.
— К черту это, — рычит Доминик и делает два шага ко мне. Он обнимает меня здоровой рукой, поднимает и усаживает на островок. — Ты же не думаешь, что я увижу это и не захочу попробовать, Пчелка, — говорит он, опускаясь на колени.
Он раздвигает мои бедра и зарывается лицом в мою киску. Я раздвигаю ноги еще шире. Я не собираюсь останавливать парня. Если он хочет раздавать эти оргазмы, как конфеты, кто я такая, чтобы отказывать ему?
Его язык скользит по центру моих складочек, от основания до самого клитора, где он начинает поглаживать маленький бутончик.
— О боже! — Я падаю назад, удерживаясь на локтях. Мое тело врезается ему в лицо.
Доминик продолжает лизать, покусывать и посасывать меня, что приводит меня все ближе и ближе к оргазму. Мои ноги дрожат, когда удовольствие охватывает каждую клеточку моего тела. Я чувствую, как его пальцы проникают внутрь меня.
— Черт. — После прошлой ночи я знаю, что он собирается сделать. У него словно есть карта моего влагалища, и он направляется прямо к той волшебной кнопке.
Моя киска сжимается вокруг его пальцев, и если бы Доминик не удерживал меня на месте, я бы упала с островка и приземлилась на задницу. Я выкрикиваю его имя, когда кончаю. Мои ноги пытаются сомкнуться вокруг его головы. Но он не отпускает их, продолжая лизать меня медленными, неторопливыми движениями, пока я отхожу от кайфа.