Август вздохнул, завел руку за шею Лукаса и притянул его, чтобы их губы слиплись. Лукас не сопротивлялся, но выглядел смущенным, когда Август отпустил его.
— Зачем это было нужно?
Август пожал плечами.
— Думаю, за то, что ты – это ты. Теперь мы можем поехать домой?
Лукас кивнул, на его лице проступила усталость.
— Да, пожалуйста.
Лукас
Когда Август сказал «домой», Лукас почему-то не ожидал, что это будет дом Августа, хотя он и сказал об этом утром. Неужели это было только утром? Странно, что дни тянулись все быстрее и дольше, но какая-то его часть по-прежнему чувствовала, что он мчится к неизвестной финишной черте, которая наводила на Лукаса ужас.
Жилой комплекс Августа отличался роскошью. Здание было высоким и блестящим, с огромными окнами от пола до потолка и вестибюлем, не уступающим по размерам любому отелю. Когда они остановились у входа, Август оставил ключ в зажигании, обошел машину и открыл перед Лукасом дверь, а затем кивнул парковщику. Они прошли мимо настоящего швейцара в форме. Лукас даже не знал, что в зданиях до сих пор есть швейцары.
Август взял его за руку, совершенно не обращая внимания на шокированные выражения на лицах персонала. Неужели Август никогда никого не приводил с собой домой? Мысль об этом вызвала у него чувство самодовольного удовлетворения. В лифте Август стоял позади Лукаса, обхватив руками его талию, положив подбородок на плечо Лукаса, пока они поднимались все выше и выше.
Лукас всматривался в их отражение в зеркальных дверях. Они были такими разными во всех отношениях. Темное и светлое. Безразличие и сочувствие. Слишком много и совсем мало. И все же Лукас жаждал прикосновений Августа, его одержимости, безопасности, когда знал, что кто-то на его стороне. Делало ли это его плохим человеком, если он так охотно принял то, что предлагал Август?
Когда Август ввел код на клавиатуре рядом со своей дверью, Лукас понятия не имел, чего ожидать, когда она откроется. Он представлял, что обстановка Августа будет минималистичной, аккуратной, много белого пространства, возможно, стопки книг. Такие парни, как Август, обычно были строги в своем распорядке и в своем декоре. Они часто кодировали вещи по цвету, вплоть до нижнего белья.
То, что увидел Лукас, нельзя назвать минимализмом. Вся квартира Августа была черной. Стены, мебель, шкафы. Даже ковер на деревянном полу. Но присутствовали и странные намеки на тепло. Камин из темного дерева с растениями, стелющимися через край. Светильники из дерева, увитые черными шнурами, свисали над огромным обеденным столом и строгими белыми столешницами на черной кухне.
Черная краска, необработанное дерево и растения каким-то образом придали пещерному пространству более гармоничный вид. Лукас как-то забыл, что Август не показывает всему миру свое истинное лицо. А это была самая что ни на есть темная сторона Августа. Та, которая не думает, что на книжных полках рядом со старыми книгами стоят хрустальные черепа с чем-то похожим на останки.
— У тебя очень мрачная академическая эстетика, мистер Малвейни, — поддразнил Лукас.
Лукас старался все охватить взглядом. Хотя цветовая палитра была очень однотонной, здесь было несколько произведений искусства, богато украшенные золотые зеркала и странная коллекция безделушек. Но больше всего внимание Лукаса привлекла коллекция мечей, ножей и другого оружия, расположенная над камином как художественная инсталляция.
От удивления у Лукаса округлились глаза.
— Это настоящее оружие?
— Тебе не нравится? — спросил Август, нахмурившись. — Ной и Адам подумали, что тебе это покажется перебором. Мы можем все изменить по твоему вкусу, если хочешь. Черный цвет просто уменьшает шум.
— Шум? — повторил Лукас, начиная бегать взглядом по пространству.
— Резкий свет, звук, слишком много цвета – от всего этого у меня шумит в голове. Сложно сосредоточиться. Отсутствие цвета меня успокаивает.
Верно. Августу не нравилось, когда его чрезмерно стимулировали. Теперь понятно, почему он выбрал верхний этаж.
— Мне нравится. Это очень... похоже на тебя.
— Мне нравится быть окруженным моими любимыми вещами. Отец называет их моими сокровищами. Вещи, которые нашел за эти годы и которые сразу же мне приглянулись. Вещи, с которыми я ни за что не хотел расставаться.
— Как со мной? — сказал Лукас, почти сразу пожалев о сказанном.
То, как Август взглянул на него, окинув собственническим взглядом, заставило Лукаса мгновенно застыть.
— Да. Точно так же, как с тобой.
— Ты собираешься поставить меня на одну из своих полок?
Август покачал головой.
— Нет, я предпочитаю, чтобы ты лежал в моей постели.
Лукас подошел ближе.
— Я уверен, что за мной остался должок.
— Как бы я ни хотел обналичить этот долг, думаю, нам стоит разобраться с коробкой из-под обуви.
Лукас тяжело сглотнул и посмотрел на коробку.
