– Дольше нам оставаться здесь не стоит. Собирайтесь, – скомандовал Корвум, доставая из рюкзака сложенную карту.
Вместе с Виолеттой и Эредором они принялись обсуждать, каким путем лучше пойти. Когда же я решил тоже глянуть на карту, Корвум быстро ее сложил и спрятал обратно. Вот жешь конспиратор хренов. Я и сам рисовал в книге по памяти пройденный путь, заодно прочел про паучков. Оказывается, их ядовитые железы довольно дорого стоят на рынке.
– Андрей, ты сможешь и дальше нести Торнбрука?
– Да, капитан.
– Вот и отлично, тогда думаю, на всякий случай, тебе стоит выпить вот это.
На мою ладонь лег пузырек с мутно-желтой жидкостью.
– Это эссенция выносливости, нам предстоит пройти еще пару гал под землей, и хорошо бы без остановок.
– Эээ, капитан Корвум, а что если меня опять вырубит, как тогда?
– Придется рискнуть, здесь оставаться больше нельзя, нужно выбираться на поверхность и доложить коменданту о гаргоилах. Да и серебряного корня здесь нет.
Я откупорил пробку и опрокинул залпом пузырек с зельем. Ничего не произошло. Может, мэтр Элькарин ошибся, и у меня просто нестандартная реакция на местную наркоту. У нас ведь тоже врачи часто ставят народу неправильные диагнозы, типа лечили от желтухи – оказался китаец. Небось, и в этот раз перемудрили.
Закинув безвольное тело гнома на спину и перевесив арбалет на живот, на манер автомата, я вновь устремился за широкой спиной капитана в темноту тоннеля. Бежалось и вправду легче, чем обычно, но все равно приходилось останавливаться и переходить на шаг, чтобы перевести дыхание и попить воды. Спустя какое-то время тоннель круто изогнулся и уперся в завал до потолка. Дальше пути не было.
– Дерьмо, – простонал капитан.
Он достал карту и вновь собрал совещание штаба, на которое меня опять забыли пригласить. Да и пофиг, постою, хвост рыбешки поглодаю, говорят, когда много пьешь и потеешь, надо соль не забывать потреблять.
– Придется идти через одну из узловых пещер, – как приговор сообщил мне капитан.
– И чем это грозит?
– Неприятностями. Там сходятся несколько тоннелей, по сути это маленькая подземная деревушка с десятком сохранившихся строений. И только боги знают, кто живет в них сейчас.
Мы перешли на шаг, постепенно разгоняясь до бега. Пришлось отмахать назад с полчаса и свернуть в более просторный тоннель. Он хоть и был больше, но прокладывал его явно пьяный шахтер, прямых участков почти не было, приходилось постоянно лезть то вверх, то вниз. На особо крутых участках попадались даже вырубленные прямо в скале лестницы. Постепенно тоннель выпрямлялся, стены выровнялись, на них появились металлические крюки, видимо, когда-то державшие осветительные шары. Через каждые сто шагов стали появляться небольшие постаменты неизвестного мне назначения.
Капитан существенно сбавил ход, теперь мы тихим шагом продвигались вперед. Свет он тоже приглушил, оставив едва заметный бледный светлячок. Вдруг в наступившей темноте у одного из постаментов я заметил тусклое свечение. Я подошел поближе и увидел, как на половинке крысиного трупа, подрагивая и пульсируя, примостился большущий комок прозрачной слизи. Он был похож на медузу, выброшенную на берег, только щупалец не хватало. Медленно продвигаясь, слизняк постепенно поглощал тело крысы, растворяя плоть, от задних лап и таза остались лишь кости, их было хорошо видно сквозь слизняка. Я наклонился рассмотреть получше, как вдруг крыса мне подмигнула. По спине стадом пробежали мурашки. Она уже наполовину труп, и все еще живая.
– Эредор, стой, – крикнула Виолетта, одновременно хватая меня за плечо.
– А ты даже не думай ее трогать руками, а лучше отойди-ка подальше.
– Я думал, она того, а она что же, еще дышит?
Как бы в ответ крыса снова мигнула.
– Яд этих слизней парализует жертву, она ничего не чувствует и находится в состоянии апатии. А слизняк тем временем пожирает тело.
– Что случилось?
– Малыш нашел слизня.
– Молодец, – то ли похвалил, то ли съязвил капитан.
Он высоко вскинул руку с фонариком и заставил его ослепительно вспыхнуть. Потолок был чист.
– Может, одиночка, – с сомнением в голосе пробормотала Виолетта.
Но капитан, похоже, так не думал, он все шел и шел вперед, задрав голову вверх, пока не нашел то, что хотел. Все пространство потолка занимало колыхавшееся озеро слизи. Еще несколько слизней ползли по стенам вверх, чтобы присоединиться к своим собратьям.
– Все, приехали, слезай с телеги.
– А если щитом прикрыться? – сказал свои мысли вслух я.
– Нет, они рухнут вниз всей массой и раздавят тебя, никакой щит не поможет.
На спине завозился гном и закашлял мне прямо в ухо.
– Ну он-то понятно, еще зеленый, а вы-то чего задумались?
– Торнбрук, ты очнулся, – радостно воскликнул я и принялся ссаживать своего наездника на землю.
Гном тяжело привалился к стене, его язык едва ворочался.
– Одна часть коры червеня, три части огненного песка, двенадцать крупинок янтарной соли, затем три части воды на две части толченой чешуи дряка, грейте до загустения, потом вливаете в чашку с порошком. И смотрите, не надыши… сь са-ам…
Гном снова отключился, а воин, маг и лучник застыли как вкопанные.
