— Эй, лежебоки, офицера службы безопасности мне, да закрытый канал, — со злым азартом выдохнул он в чуть перекошенное сеточкой помех бледное лицо дежурного.
Тот подавился возмущённым вопросом — настолько не укладывалось в его сознании появление так засирающего пространство гражданского кораблика. Наверное, потому и повиновался огорошенно-быстро да беспрекословно.
— На борту есть тяжело раненые. Главный комп подключен вместо медицинского, потому прём в ручном режиме. Медиков ко мне на борт, и лично проследите, чтобы там не было лишних и болтунов, — Хэнк потёр усталое лицо. Одной рукой — другая обняла смирно посапывающую на плече закопчённую Переборку, которая почти приползла от своих машин и теперь добудиться её не было никакой возможности.
— А теперь главное. Имею на борту сведения чрезвычайной — повторяю, чрезвычайной важности. Организуйте мне прикрытие… ну, бригаду ударных крейсеров или парочку линкоров. А пока дайте канал к лет-капитану Жаклин Дюваль из Звёздной Академии.
Помятый спосонья безопасник попробовал было задавать провокационные вопросы или хотя бы уговорить выключить двигатели. Однако Хэнк ответил уклончиво — то есть послал того в и на.
— Если вы обеспечите мне закрытый канал с мадмуазель Жаклин — это станет хорошим толчком для вашей дальнейшей карьеры…
Хэнк так и не мог потом вспомнить, сколько чертовски тяжёлых минут прошло, пока экран вновь прояснился, и на нём объявилась озабоченная и милая даже в таком виде мордашка лет-капитанши. Она слушала сосредоточенно, и только неплохо знавший свою бывшую преподавательницу парень догадывался, какая же мыслительная работа ведётся сейчас там, за этими знакомыми глазами.
— Послушай, Хэнк, это немыслимо — подбивать гражданские суда, выполняющие спасательные работы по сигналу бедствия? Это запрещено международным кодексом, и приравнено к военным преступлениям. Нет-нет…
В ответ Хэнк продемонстрировал пластиковый пакет с несколькими кристаллами памяти. Из обоих скафандров, со шлюпки — равно как и из систем наблюдения самого Слейпнира.
— У меня чертовски веские и убедительные доводы. Пойми, Жаклин — ведь войну с леггерами мы потихоньку проигрываем — уж слишком они опережают нас в техническом развитии. А тут есть шанс… нет, не объявлять во всеуслышание. Но втихаря переговорить с руководством мерзавцев да выторговать если не мир, то хотя бы передышку.
Парень вздохнул и потёр ноющий висок. Боги, как же хочется упасть прямо здесь — и спать, спать, спать…
— Потому я так спешил дать человечеству этот шанс, что решился даже засрать пол-галактики прямоточным выхлопом.
Глаза лет-капитанши на миг расширились в изумлении — она поняла.
— Держись, я помчалась нажимать на все кнопки. Главное — держись, Малыш…
Да, леггеры всё-таки чертовски красивы по человеческим меркам. Почти неотличимых от гуманоидов очертаний, они обладали чуть более длинными ногами — а потому любой из них ко всему прочему выглядел стройным, подтянутым легкоатлетом. Потому-то и укрепилось название ногастые (
Поначалу восторженные люди чуть не объявили встреченную в космосе расу легендарными эльфами — у леггеров и в самом деле обнаружились чуть заострённые кверху кончики ушей, равно как среди цвета их волос в основном преобладали светлые тона. Однако леггеры весьма быстро показали свою неуступчивость в политических и принципиальных вопросах. А потому и естественно, что едва успевшее что-то понять человечество весьма быстро оказалось с расой леггеров и их союзниками в самых неприглядных отношениях.
Война, дамы и господа… древнее как мир, но от того не менее мерзкое занятие.
А всё же, они чертовски красивы… чрезвычайный и полномочный посол вошёл в предназначенную для переговоров каюту как дуновение весны — упомрачительной летящей походкой.
— Здравствуйте, дамы и господа. Прошу прощения за задержку — медицина придралась из-за какой-то прививки, — весьма музыкальный голос тоже так и заставлял забывать о прилагающемся в комплекте незаурядному интеллекту и едва прикрытому холодку в голосе.
Леди N и сэр Б, представляющие здесь и сегодня Земную Федерацию, не стали разводить церемоний и объявлять протест. Всё-таки, неофициальная встреча на нейтральной территории, именно и предназначенная, чтобы скрыть от всех остальных подробности неслыханного происшествия, позволяет кое-в чём свободу действий.
— Медицине возражать трудно, — леди N, баронесса и член правительства одной из не самых слабых планет, дипломатично улыбнулась и предложила забыть об этой досадной мелочи.
Со здравым смыслом, к тому же объявленным устами женщины, спорить никто не стал. А потому все четверо — посол леггеров, двое землян и арктурианский кронпринц, своим присутствием подтверждавший неприкосновенность и прочие гарантии — сели вокруг нарочито круглого стола полированного орехового дерева.
Посол обвёл присутствующих непроницаемым взглядом чертовски нечеловеческих зелёных глаз. А следом его голос осведомился великолепным баритоном:
