— Подходи поближе, — более радушно, чем раньше, предложил местный. — Сядь пока тут недалече. Подожди. Сейчас наши подойдут, отведут тебя к месту. Да костюм свой беленький можешь снять. Чай, и без него не замерзнешь.
Дрей досадливо качнул головой и начал расстегивать крепления замечательного костюма биозащиты. Фасон был явно не его, а таскать абсолютно бесполезную вещь, которая не поможет ему выйти обратно, он не собирался.
Сторож явно рассчитывал на расспросы, истерику доставщика, которого он готов был с удовольствием просветить на тему того, что обратной дороги нет, с костюмом или без.
Если он и дождался расспросов, то о другом:
— Предыдущий… Тот, кто принес вам ампулу десять лет назад. Где он?
— Да жил тут все это время. Скучал, конечно. Мы же люди маленькие, мало нас, а он такой был… здоровый, статный. Ему все хотелось на мир посмотреть, себя показать. Ну ничего, остепенился под конец, девку себе нашел. Неплохим хозяином стал. Сгинул вот только с год назад. Хворь у нас тут была, много сгинуло. И он со всеми.
— Что за болезнь? — сразу насторожился Дрей. — Вы же изолированы — как подхватили?
— Да не, — неторопливо произнес сторож. Пока они говорили, он вернулся к занятию, которым, видно, занимался здесь до прихода Дрея. — В воде что-то было почти год. Река принесла. Пока разобрались, пока перестали пить, пока новые колодцы отрыли… Много народу помёрло. Я не знаю, может, где-то в верховьях река русло поменяла да какой-нибудь гнойник вскрыла закатный. А может, кто вылил чего. Поди теперь разбери. Сейчас вроде опять чистая — пить не рискуем, но скот не болеет.
Сторож говорил неторопливо и сидел, словно стругал деревянный ножичек. Но как только доставщик понял, чем тот занимается, он предпочел присесть в отдалении. Как раз за бетонным заборчиком. Автомат, небрежно оставленный местным прямо на нем, красноречиво показывал, насколько ему все равно, зайдет Дрей внутрь, останется здесь сидеть навсегда или решит развернуться и двинуться в обратную сторону.
— Ты это… — негромко произнес доставщик. — Ты не спеши, аккуратненько.
Сторож фыркнул:
— Да ты знаешь, сколько я таких разделал? — Он поднял объект своего творчества над головой и небрежно им потряс: — Ты не видел их столько, сколько я на запчасти разобрал.
Теперь доставщик на всякий случай спрятал за бетонной защитой и голову.
У местных, понял Дрей, к минам сформировалось совершенно особое отношение. Что и неудивительно с учетом ситуации, в которой они оказались. Хотя трясти мину даже с вынутым взрывателем Дрей бы все равно не стал.
— А зачем она тебе? — спросил он дозорного, выглядывая из-за блока.
— Ну как! Тротил. Рыбу глушить. Рыба тут знатная — хотя после той отравы многие побаиваются ее есть, но хороша рыба. Можно, конечно, и просто мину кинуть, но не люблю я это дело. Чтобы, значит, железо на дне потом валялось. Да и лучше без оболочки кидать: взрыватель втыкаешь — и в воду. Рыба мне вкуснее кажется, когда она чистым тротилом глушенная.
— А гексогеном как? — решил поддержать разговор Дрей.
— Не, совсем не то, — на полном серьезе покачал головой сторож. — Некоторым, конечно, все равно, но я рыбку люблю и толк в ней знаю. Лучше тротилом. Ну на крайний случай на удочку. Да и потом — с гексогеном все мины заковыристые, возиться с ними…
Договаривая последние слова, сторож оглянулся назад: сзади подходила небольшая делегация.
«Быстро они, — подумал Дрей. — Прошла-то всего пара минут».
— Привет, Кондратий, — окликнул сторожа первый из подходивших. Молодой парень, явно из последнего поколения.
Сторож повел себя странно. Он поднялся и начал медленно пятиться обратно к отбойнику, поближе к брошенному у Дрея автомату.
— Это что это вы задумали, ребятки? Не дело вы задумали. А ну-ка стойте. Виталя, ты же знаешь, до добра не доведет. Всех ведь на периметр отправят…
— Лучше уж на периметре, чем гнить, — почти равнодушно ответил Виталя — первый из идущих к ним. — Отойди от автомата, Кондрат. И ты, чужак, не цепляйся за оружие. Мы с тобой поговорить хотим, и все. Раньше поговорить, чем ты ошибку сделаешь. Раньше, чем тебя под белы ручки возьмут и от тебя уже ничего зависеть не будет.
Второй, идущий вслед за Виталей, подошел к сторожу вплотную и спросил его, так и не взявшегося за оружие.
— Тебя, может, связать или прикладом ударить? Чтобы совесть чиста была? — сказал абсолютно невозмутимо.
Если бы Дрей не знал, сколь редки бланки «Фарфорового душителя», то подумал бы, что обколоты они все.
— Бегом! — прикрикнул Виталий. — Бегом, доставщик, умоляю. Нам надо успеть спрятаться, прежде чем они организуют поиски.
Дрей ускорился, но то, что Виталий принял за медлительность, на самом деле было осторожностью. Он постоянно держал в зоне видимости всех пятерых, а сейчас это значило — бежать последним. Он согласился пойти с этой странной компанией, согласился только потому, что в их появлении крылась какая-то смутная надежда. Некая тайна, которую отлично знали местные и хотел знать он.
