Что ж, хоть что-то. Я вытащил парализатор, и решил осмотреть отсек, в котором оказался. Изуродованные взрывом двустворчатые двери находились прямо передо мной. Взрыв превратил их в кусок оплавленного металла и пластика. Открыть их в ручную не представлялось возможным. И тут у меня родился план. Взорвать двери! Тем более кроме нашего подразделения, сейчас вступали в бой по всему кораблю как минимум несколько сотен солдат с других челноков. У меня был выбор отсидеться здесь, дождавшись, когда мои товарищи сами справиться с псами, или поспешить им на помощь. Я выбрал второе.
Некоторое время я бродил меж тел павших товарищей, собирая гранаты. Кроме этого я нашел пистолет «дракон». Это не штурмовой автомат, но хоть что-то! А вскоре у меня собралось приличная связка гранат. Дальше было дело техники. Я рассчитал примерную силу взрыва и заложил под двери связку гранат.
Еще несколько минут у меня ушло на установку детонатора который, кстати тоже предусмотрительно входил в экипировку десантников. Через несколько минут в отсеке грохнуло и когда рассеялся дым я обескуражено увидел что двери остались на месте. Вот черт! Что же делать?
И словно отвечая на мой вопрос, провидение сжалилось над лейтенантом Рэдом Райтом. Раздался треск, и я инстинктивно бросился на пол. В следующую секунду я оглох от визга, который ударил по ушам. Когда он затих, отсек задрожал от удара и подняв голову я увидел что рядом с нашим челноком, появился еще один десантный бот и из него уже выпрыгивают космодесантники. Они чуть не изрешетили меня, но слава богу все закончилось благополучно.
Ребята оказались из другой роты, и я с радостью присоединился к ним. Едва мы направились к искореженным дверям, как одна из уцелевших переборок отсека отъехала в сторону, и появились стрелки нгаитян. Они успели сразить нескольких наших солдат, пока мы не заняли оборону и ответили на вражеский огонь своим огнем. Однако если в физической силе нам с ними тягаться сложно, то в меткости они явно уступали.
Поняв это, они бросились в рукопашную схватку, но таким образом только ускорили свой конец. Ни одному из врагов не удалось добраться до нас, лишь трое из них, поняв бессмысленность атаки, бросились назад и скрылись в проходе. В азарте боя мы устремились в погоню за ними.
Начался совершенно сумасшедший поход по коридорам базы. Мы шли расстреливая все на своем пути. Вскоре я перестал считать павших от моего оружия нгаитян, и даже не заметил, как в моих руках вместо «дракона» появился штурмовой автомат. К нам присоединялись все новые и новые десантники. Из офицеров кроме меня был лейтенант Вэррант, командовавший взводом капсулы врезавшийся в мой отсек, вот и все. Было еще несколько сержантов, и мы смогли организовать боевую группу, которая надо отдать должное действовала очень эффективно.
Все двери, которые встречались нам в коридорах, открывались по одному принципу. Удар ногой и ОГДВ (
На моих глазах один из нгаитян неожиданно появился за спиной сержанта. Он не стал стрелять, а просто отшвырнув оружие, схватил обоими лапами голову парня и оторвал ее с такой легкостью, словно это был обычный кочан капусты. Вверх ударил фонтан крови, забрызгивая стоявших рядом солдат в испуге отшатнувшихся от обезглавленного товарища. Я стрелял в пса, пока не кончились патроны. Лишь сухие щелчки, сообщавшие о закончившихся зарядах, привели меня в чувство.
Но настало время, когда наш рейд начал замедлять свое движение. Нгаитяне опомнились от неожиданного удара, перегруппировались и сумели организовать оборону. На тренировках мы изучали одно из самых опасных изобретений нгаитян, — «умные пулеметы». Автоматические пулеметы имевшие свои сверхчувствительные сенсоры запрограммированные на уничтожением всего живого появлявшегося на их пути.
На пулеметы мы наткнулись когда выбивая очередные двустворчатые двери, оказались в просторном зале. Насколько я понял мы добрались до входа в командную рубку, но перед ним с потолка свисали те самые «умные пулеметы». Не успел я охнуть, как меня свалило с ног падающими телами десантников. Роботы методично расстреливали наших солдат.
