И он полез вниз, в темноту. Мгновение спустя она увидела, как бледное сияние окружило его руку, так, что кисть с пальцами стала четко различима на фоне стены.
— Пошли, Малта! Быстрее!
Он не сказал ей, чтобы непременно опустила за собой дверь, и она была благодарна хотя бы за это. Внизу пахло сыростью и застоявшейся водой… Что она тут делает? Каким местом она думала, отправляясь сюда? Малта сжала зубы и сунула руку туда же, куда и Сельден. Результат изумил ее. Из-под ее ладони вырвался столбик света. Он опоясал стену тоннеля впереди и пропал за поворотом. На своем пути он огибал арки дверей. В некоторых местах на нем можно было различить письмена. Малта застыла от изумления…
Сельден некоторое время тоже молчал. Потом с сомнением осведомился:
— Это Рэйн тебя научил делать, так ведь?
— Нет… Да я и ничего не сделала, просто притронулась. Это джидзин…
Тут некий звук заставил ее наклонить голову и прислушаться. Издалека доносились переливы музыки… Странно. Она не могла определить, какие инструменты играли, но мелодия казалась удивительно знакомой.
У Сельдена округлились глаза:
— Уайли мне говорил, что Рэйну иногда удавалось вызвать такое… А я не верил ему!
Малта спросила:
— Может, это просто само собой случается иногда?
— Ну… может, — согласился он не особенно искренне.
— А что это за мелодия? Ты узнал ее?
Он нахмурился:
— Какая еще мелодия?
— Ну… музыка. Где-то там, очень далеко. Ты разве не слышал?
Сельден долго молчал. Потом сказал:
— Ничего не слышу. Только как вода капает, и все.
— Ну что? — спросила она еще через некоторое время. — Дальше-то пойдем?
— Конечно, — ответил он, но было понятно, что он сомневается. Теперь он шел медленнее, ведя рукой по полоске джидзина. Малта шла следом, стараясь подражать ему. — А куда ты хотела пойти? — спросил Сельден.
— Туда, где погребена драконица. Ты знаешь, где это?
Сельден оглянулся и посмотрел на нее, напряженно хмуря лоб:
— Драконица? Погребена?…
— Так мне говорили. Ты знаешь, где это?
— Нет. — Он поскреб грязными пальцами щеку, оставив на ней бурые полосы. — Я никогда ничего подобного не слыхал. — Он смотрел себе под ноги. — Я вообще-то далеко за место обвала и не забирался.
— Ну так отведи меня хоть туда.
Теперь они шли молча. Некоторые двери, мимо которых они проходили, были взломаны. Малта с надеждой заглядывала то в одну, то в другую. За большинством дверей были только обвалившиеся комнаты, полные земли и корней. Две оказались очищены от обломков, но ничего интересного не содержали. В окнах уцелело стекло, но за ними виднелась земляная стена. Брат и сестра двигались дальше. Иногда музыка звучала яснее, иногда почти совсем пропадала. Малта про себя рассудила, что звук искажали тоннели.
Потом они добрались до такого места, где провалился потолок и подалась одна из стен. Целый каскад земли завалил пол. Сельден свободной рукой указал на самый верх кучи, под потолок, и шепнул:
— Надо залезть во-он туда и протиснуться в дырку. Уайли говорил, какое-то время будет очень тесно, но потом выходишь наружу…
Малта с сомнением смотрела наверх:
— Ты-то хоть там помещался?
Сельден помотал опущенной головой.
— Я… я не люблю, когда тесно. Мне, если честно, и здесь не очень-то нравится. Вот мостики и канатки — это да. А тут, когда мы последний раз лазили, еще и тряхнуло… И Уайли, и мы все — мы просто как кролики удирали наружу!..
Его определенно унижало это признание.
— Я бы тоже со всех ног побежала, — заверила его Малта.
— Давай вернемся, — предложил Сельден.
— Я еще немножко пройти хочу. Просто чтобы понять, получится ли у меня. Подождешь тут?
— Ну… Ладно.
— Если хочешь, можешь подождать меня у двери. Посторожишь заодно.
— Ладно. Слышь, Малта… Если нас тут застукают… одних… Это будет… грубостью, что ли. Это совсем не то, как когда Уайли меня сюда приводил. Получится, что мы вроде как в гостях за хозяевами подглядываем…
— Я знаю, что делаю, — заверила его Малта. — Я скоро вернусь.
— Давай, — пробормотал он, и она шагнула вперед.
