— Это решение вы приняли после того, как посетили Бретмюллера? Я не ошибаюсь?
— Да. У меня из головы не лезут показания покойного командира «Виперы». Подумать только, скала с огромным естественным тайником! И это близ военно-морской базы, против которой нам обязательно придется работать!
Луна стояла в зените, но тучи скрывали ее, и только едва приметное пятнышко светлело в центре черного небосвода. Темной была и вода. Ее невидимые струи чуть слышно обтекали борта катера, несколько минут назад отвалившего от острова.
Абст, выставив голову из-под ветрозащитного козырька, напряженно вглядывался в окружающий мрак, ведя судно по широкой плавной дуге. На кормовом сиденье расположился Фридрих Кан.
Катер шел без огней. Мотор рокотал на средних оборотах. За транцем[12] приглушенно булькали выхлопные газы.
На озере было холодно. И озноб, который Кан глушил в кабинете Абста горячим кофе, вновь охватил его. А когда разведчик думал о том, что в эти минуты где-то на острове входят в воду пловцы, ему становилось еще холоднее, и он плотнее кутался в кожаное пальто на меху, заботливо предложенное хозяином острова.
Внезапно Кан обернулся. Пущенная с острова ракета медленно взбиралась на небо, роняя тяжелые зеленые капли. Стала видна широкая водная гладь и темная зубчатая полоска леса, который со всех сторон подступал к озеру. Ракета ринулась вниз и погасла, не долетев до воды. Озеро снова окутала темнота.
— Старт? — спросил Кан.
— Да, сейчас их выпускают.
— Они окоченеют, прежде чем доберутся до цели.
— Пловцы в резиновых костюмах, под которыми теплое шерстяное белье. К тому же прошли тренировку.
— Как они отыщут нас? — Кан с сомнением посмотрел в направлении острова, от которого они отошли на значительное расстояние.
— Пловцы знают наш курс. И у них есть компасы.
— Сколько же мы прошли?
Абст наклонился к приборной доске, на мгновение включил освещение.
— Семь кабельтовых, — сказал он, останавливая двигатель. — Пожалуй, хватит.
Абст прошел на бак, с минуту повозился с якорем. Раздался всплеск, коротко пророкотала цепь в клюзе, и все смолкло. Кан поднес к глазам часы со светящимся циферблатом.
— Два часа и шесть минут, — сказал он.
— Пловцы атакуют катер в промежутке от трех часов до трех тридцати.
— Занятно. — Кан пожевал губами. — Очень занятно. А сколько у нас под килем?
— Футов пятьдесят, — сказал Абст, вернувшись на корму. — Здесь не очень глубоко.
— Занятно, — повторил Кан, — от трех до трех тридцати… И в эти полчаса я должен глядеть в оба?
— Будьте как можно внимательнее, очень прошу об этом. Иначе они проведут нас.
— И каждый, кого я замечу, выходит из игры? Ну, а вдруг я окликну его, а он нырнет, будто не слышал?
— Вы можете стрелять.
— Что?…
— Вы можете стрелять в каждое подозрительное пятно на воде. Пожалуйста, не церемоньтесь.
— Абсолютно серьезно. — Абст пожал плечами. — Ведь так будет, когда начнется боевая работа. Они специально предупреждены.
Кан рассмеялся.
— Ну и ловкач! — воскликнул он. — Тебе отлично известно, что я не ношу оружия!
Вместо ответа Абст положил на кормовое сиденье маленький черный пистолет.
— Заряжен, — сказал он. — Патрон в стволе. И есть запасная обойма.
Кан оборвал смех. Он не думал, что Абст зайдет так далеко.
— Впрочем, вы напрасно беспокоитесь за них, — сказал Абст. — Патроны будут расстреляны зря.
Он взял револьвер, вынул и проверил обойму, затем, оттянув затвор, убедился, что патрон действительно в стволе.
— Ну, а вдруг я все же замечу кого-нибудь из них, сделаю выстрел и не промахнусь? Ты же знаешь, я умею наблюдать, умею стрелять!
— В таком случае пусть пеняют на себя. — Абст упрямо качнул головой. — Скоро год, как я вожусь с ними. Я не жалел никаких усилий, чтобы сделать из них убийц — самых умелых и неуязвимых. И если ошибся, пусть они уже сейчас получат свое. Чем раньше, тем лучше!
— Ну, уж нет! — Кан решительно отодвинул пистолет. — Не будем столь жестоки. Я придумал другое. Дайка отпорный крюк… Вот так. — Он оценивающе взвесил в руках длинный тяжелый шест со стальным наконечником. — Пожалуй, это будет поинтереснее, а?
Абст рассмеялся, по достоинству оценив замысел шефа.
Началось ожидание. Катер неподвижно лежал на воде. В воздухе не чувствовалось ни малейшего ветерка. Тишина стояла такая, что отчетливо было слышно, как далеко за лесом раздаются мерные глухие удары. Там, за много километров от озера, дизельный молот вгонял в грунт длинные, толстые бревна. Это строилась ограда концлагеря для нескольких тысяч чехов, которых вот-вот должны были пригнать с востока.
— Шеф, — сказал Абст, прислушиваясь к далеким ударам, — можно заполучить дюжину чешских водолазов?
— Зачем тебе чехи? Это враги, которые не согласятся добровольно идти под воду. А принудишь их, и при первой же возможности они предадут тебя, перебегут к неприятелю.
— Все же я хотел бы иметь нескольких чехов!
У борта катера раздался всплеск: большая рыба, выпрыгнув, шлепнула хвостом и вновь ушла вниз.
