— Не стоит Дженкс-с-су так убиваться, — сказала Бель резко. — Он ведь воин.
— Он садовник из дикого Эдена, — проговорила я, искренне веря в это. В душе он был садовником, с частичкой защитника. При необходимости, Айви могла быть и дикой и защитником. А я? Что сказать обо мне? Как я поступлю, зная, что мир подобно маятнику, завис в неопределенности, так в какую сторону решу я его качнуть?
— Ты же хотела связаться со своим демоном и попросить совета? — напомнила Бель, и я перевела взгляд на зеркало вызова.
— Я не уверена, стоит ли, — ответила я, опустив ноги на ступень ниже. — Он возможно не до конца выздоровел.
Мы снова замолчали.
— Мне жаль, что так вышло с Кери, — напряженно сказала Бель. — И с Пирсом.
Я почти улыбнулась. Мы втроем убили большую часть ее клана и сожгли ей крылья, но видимо подобное поведение укладывалось в ее стандарты поведения воина.
— Спасибо Бель.
— Они были великими воинами. Пирс… Дженкс сказал, что ты почти сошлась с ним.
Я кивнула и активировала второе зрение. Линия Тритон текла на уровне груди, в ней переливались, смешивались и кружились сотни оттенков красного. Мне отчаянно хотелось увидеть в ней Пирса или хотя бы Ала. Но там никого не было.
— Он тебе подходил. Вы оба сильные.
— Наверное, ты права, — сказала я тихо. Одно время мне казалось, что я люблю его, но после того как блеск его неординарности померк, меня начали раздражать его слишком вольные моральные принципы, больше чем меня раньше привлекала его сила и темная энергия.
Заставив себя расслабиться, я потянулась за зеркалом. Медленно и нехотя, я подняла Рекс и, опустив ее на крыльцо, положила зеркало на колени. Уставившись в покрытую вином поверхность, я увидела покрытую закатными тенями крышу, возвышающуюся над головой, и раздражающе пустующий шпиль, на котором обычно сидел Биз. Прошло уже три дня. Ал, должно быть, успел исцелиться.
— Если я не вернусь через два часа, пусть Дженкс и Айви вызовут меня, — попросила я, и Бель кивнув, зарылась в теплую шерсть Рекс. В моей осенней куртке было холодно, к тому же меня не покидало чувство, что за мной наблюдают. Я последний раз окинула взглядом покрытый сумраком сад. «Горгульи», — подумала я.
Договорившись об обратном вызове, я прикрыла глаза и положила руку на зеркало, надеясь, что Ал уже поправился. «Ал?»
В ответ прозвучал лишь неприятный скрип, впитанный коллективом из несбалансированных линий.
«Ал», — снова мысленно позвала я, и обрадовалась, не услышав предупреждения «Не беспокоить». Он просто не отвечает. «Алгалиарепт».
Мои глаза оставались закрытыми, и я почувствовала, как хаос коллектива ушел на задний план и в моем сознании послышались звуки воды или ветра, и следом мой разум привычно раздвоился.
В сознании я увидела небольшую заводь, глубиной лишь пару дюймов, раскинувшееся посреди корней деревьев и напоминающее большое зеркало. Воздух был теплым и влажным, и пах мхом и туманом. Я слышала, как невдалеке капает вода. Ветра не было совсем. Вокруг не было присущего Безвременью песка и не воняло жженым янтарем. Над поверхностью воды кружили синие бабочки размером с мой большой палец. Эта заводь располагалась в каком-то первобытном лесу, даже свет почти не проникал через кроны деревьев. На противоположном берегу опоясанной камнями и мхом заводи, на большом плоском камне сидела спиной ко мне сгорбившаяся фигура. Ал.
По крайней мере… я надеюсь это Ал. Что-то в нем казалось неправильным. «Он спит», — подумала я, когда он видимо услышав меня, обернулся, сгребая в кучу что-то с камня.
— Ал? — позвала я его, в нашем общем сне, помня, что уже проделывала подобное. Я не была уверена, что это Ал. Он был дистрофично худым, и напоминал фейри своей темной кожей и кудрявыми волосами. Он поднялся, и я с удивлением заметила у него за спиной кожаные крылья, свисающие подобно плащу. Глаза с красными козлиными вертикальными зрачками были настолько расширены, что казались черными. Никогда не видела его таким худым и высоким. Угловатые черты лица сужались книзу, упираясь в меленький, заостренный подбородок. Он выглядел как пришелец из космоса. Инопланетянин.
— Рэйчел, — ответил он. Голос был прежним, хотя казался смущенным и несколько ниже, чем я ожидала при таком хрупком телосложении.
Нервничая, я посмотрела ему в глаза.
— Ты в порядке? — Неужели все демоны выглядели так первоначально?
Явно не услышав мои мысли, он печально оглянулся и посмотрел на камень, на котором сидел.
— Я сломал его, — сказал он. — Они не могут улететь, пока я не починю его. А если они останутся то умрут. Им тоже… нужно солнце.
Я подступила ближе, задаваясь вопросом как давно ему снится этот сон. На камне лежала горстка синих и серебристых осколков, на вид очень острых.
— Я пытался восстановить ее, — сказал Ал, махнув в их сторону. — Но осколки не подходят, как их не поворачивай.
— Мм. — Ладно, признаю, сон у него очень странный, но не странней прошлого сна в котором я оказалась. Тогда синие бабочки исчезали, влетая в марево, стелящееся над пшеничным полем.
— Края раздробились, — продолжил он, снова показав на осколки. — Я не помню когда сломал ее.
