— Ты бы устроил на него охоту? — спросил демон, стоящий неподалеку. — Как на животное? Ту же охоту, что устраивали тебе подобные, до того как мы уделали их?
Значит, это правда. Демоны были рабами эльфов, но потом роли поменялись. Созданный мной альянс эльфов и демонов разваливался, не успев толком сформироваться. Сердце глухо стучало в груди, а Биз, сидящий на плече, сжал лапы, обещая, что поможет быстро сбежать. Но я не хотела убегать. Я хотела правосудия. Я хотела… устроить Охоту?
— Я думаю это хорошая идея, — сказала я, и мои ладони вспотели, когда застарелая ненависть закружилась в демонах и пала на меня.
— Устроить охоту? — выкрикнул кто-то и Ал вздрогнул. — Как на животное?
Я подобралась, когда меня толкнули, и мне пришлось ступить ближе к Ку’Соксу.
— Да. Да! — повторила я громче, и они притихли. — Как животное. Докажите, что они были не правы.
Все замолчали, и, обернувшись к демонам, я увидела, что все взгляды прикованы ко мне.
— Вы же демоны, — сказала я убедительно, — не животные. Эльфы находятся на грани вымирания благодаря вам. Разве этого не достаточно?
Трент гордо выпрямился и оправил халат. Он мог бы быть в рубашке и шлепках, но все равно выглядел бы знатным — в нем была гордость, решительность, жесткость и готовность принять вину за всех, кто был до него.
— Отпустите меня, — сказал Ку’Сокс вкрадчиво. — Я же демон. Я имею право быть судимым моим народом, а не подчиняться каким-то извращенным эльфийским традициям.
Я посмотрела на него, слыша как возрастает неуверенный шум среди демоном, кольцом обступивших его. Подойдя ближе, я встала рядом с ним и уперла руки в бока.
— Но ты не демон, Ку’Сокс, — сказала я, блаженно улыбаясь. Во мне росло чувство удовлетворения. — Каждый демон, находящий здесь, был рабом и на него охотились. Даже мне это знакомо. Но не тебе. Ты никогда не испытывал ярости из-за своего бессилия, из-за того, что тебя контролируют, покупают и продают. — Я выпрямилась, обращаясь теперь к окружающим нас демонам. — Ты не демон, — сказала я тихо. — Тебе не знакомы незаслуженно жестокие побои теми, кто зовет тебя животным, шавкой, вещью. — Ал задумался. Они все задумались, и мой живот скрутило. — Я считаю, что сначала ты должен стать демоном, чтобы иметь право требовать демонский суд, — закончила я и Ку’Сокс насмешливо фыркнул.
— Ты хочешь, чтобы мы его отпустили! — крикнул кто-то. — Он ведь почти уничтожил Безвременье!
Я вскинула руку, останавливая их.
— Вы сами почти уничтожили Безвременье своей трусостью. Я могу починить все линии вместе с Бизом. Вы сами видели это. Спросите своих горгулий. Они обучили его узнавать первоначальный резонанс ваших линий. Я могу все исправить к восходу солнца. И, да, я предлагаю, отпустить его, но не таким какой он сейчас, а таким, какие вы были когда-то. Зашумел тихий рой голосов, обсуждая как поступить, и я, повернувшись к Ку’Соксу, мысленно потянулась к Тренту и Алу. Чтобы осуществить то, что я задумала, потребуется выложиться полностью, но я все еще не представляла как такое сделать. Дикая магия поможет изменить форму, а демонская мудрость поможет найти нужный образ.
«Что ты хочешь с ним сделать?» — услышала я вопрос в своем разуме, и удивилась, узнав характерные интонации голоса Ала.
«Вот что», — ответила я, и, прикрыв глаза, накинула на Ку‘Сокса мерцающий слой своей ауры, который казался красноватым в свете Безвременья. Ку’Сокс напрягся, а у меня в голове, шелестя как крылья бабочек, закружились чары дикой магии. Я показала Алу образ, который видела в его сне — невысокая фигура, кожа темная как ночь, удлиненные пальцы рук и ног, кожаные крылья, вытянутые как полоски лунного света. Лицо будет угловатое, глаза большие и черные, такие же как у Тритон и Ала. Длинные ресницы, небольшой рот, и над ним тонкие усики, наподобие кошачьих.
Ал направил в мою сторону нужные чары. Он был настолько изумлен и заворожен, что полностью погрузился в мой разум.
— Боже мой! — прошептал кто-то, и я открыла глаза, видя, как последнее заклятие растаяло. Ку’Сокс моргал большими черными глазами, и выглядел точно как Ал в его сне про голубых бабочек.
— У меня были крылья, — выдохнул кто-то. — Я помню, как они сверкали на солнце, и какими прохладными казались.
— Ногти были черные, — добавил еще кто-то.
— Я помню вкус облаков, — послышался тихий и восхищенный голос с задних рядов. — И звездную пыль в ушах.
— Что ты сделала? — спросил Ку’Сокс, шипящим тихим голосом и удивленно потрогал свое горло. — Что ты со мной сделала?
Опустив голову, я пыталась отделить себя от чар, проклятия, или как это называется. Первоначальное заклятье Трента, убившее магию Ку’Сокса, все еще действовало, и демон был беспомощен. Он выглядел как выглядели первоначальные демоны, до того как их матери изменили их, чтобы сделать сильней и подготовить к войне. Людские образы подошли как нельзя кстати.
— Рэйчел? — позвал Трент, выдергивая меня из раздумий.
— Я видела этот образ во сне у Ала, — сказала я, оглядываясь, и видя удивленные и испуганные взгляды вокруг. — Я все правильно сделала?
