– Живые они, потому и выросли такие большие, – как ни в чём не бывало, объяснила Василиса. – Говорят, раньше это были жители деревни Белянки, что стояла посреди берёзового леса на юге отсюда, но их заколдовала одна из древних ведуний. Причём по надуманной причине: дескать, жители деревни слишком часто наведывались в лес в поисках клада под цветущим папоротником. Вот она и решила, что если они всегда будут жить в лесу, то и клад найдут быстрее – превратила их в живые грибы. А теперь вот они воюют с кичливой ягодой.
– Что?!
– А что, этого у тебя в голове нет? Я думала, что тебе оставили базовые знания о Третьем Мире.
– И это ты называешь базовыми знаниями? – возмутился Безымянный. – Да я уверен, что большинство нормальных людей в мире слыхать не слыхивали про эти живые грибы и их войну… с кем?!
– С кичливой ягодой, – отозвалась Василиса. – Вот видишь? Именно поэтому я тебе и нужна. Кто ещё будет снабжать тебя такой информацией, да ещё задаром. Поверь, я тебе пригожусь.
– В этом я не сомневаюсь, – Безымянный присел рядом с ведуньей и взял в руку несколько её лепёшек, которые и правда были на удивление мягкими и свежими, – но меня волнует другое. Почему ты здесь?!
– Поясни.
– Ой, не надо, ты прекрасно понимаешь, о чём я спрашиваю! – закатил глаза Безымянный. – Просто ты не хочешь сразу раскрывать все карты, а потому и задаёшь такие вопросы. Давай так: я не хочу церемониться с тобой, а потому, если ты не говоришь мне всю правду сейчас, то я отправляю тебя домой и сам ищу свой путь. Прошу заметить, что я исходно не напрашивался на твою компанию, хоть и благодарен тебе за твою помощь.
– Что же, справедливо, – нахмурилась Василиса, – но я думала, что ты, будучи сейчас самым одиноким человеком во всём Третьем Мире, только лишь обрадуешься моей компании. Видимо, я ошибалась, – она помолчала, будто обдумывая слова Безымянного. – Что же, хорошо. Когда мой сын умер, я… я будто застыла на месте. Вся моя жизнь превратилась в рутину, и ничто не доставляло мне никакой радости. Траур закончился, жизнь продолжалась, но я этого не хотела. Жизнь же моя, как и любого человека с магическими способностями, мне не принадлежит – я не могу отдать её или лишиться её даже по такой причине. Так что я жила, но, правильнее будет сказать, существовала. Я сотню раз хотела покинуть деревню водяных и поступить в услужение к какому-нибудь князю, но… не могла. Всё казалось мне каким-то… обыденно мерзким. Однако ты… кажешься другим. Я ещё не до конца поняла, почему именно, но я чувствую, что в путешествии с тобой я не только снова смогу найти себя, но и приму участие в чём-то… важном. Значимом.
– Так ты и правда считаешь, что Сын Бога достоин смерти?
– Пойми, Безымянный, – вздохнула ведунья, – такие как я не имеют права на собственное мнение. Однако я хочу, чтобы оно было у тебя – когда ты проснулся в пещере, у тебя не было выбора. Я же хочу тебе его дать. А ещё пойми следующее: никто не достоин смерти. Однако мы живём в мире, где её не избежать. Может быть, Третий Мир когда-нибудь и придёт к тому, что сможет меняться без кровопролития, но сейчас… я не вижу другого пути. Как бы это ни было прискорбно. Твоя же миссия… я вижу в ней величие. Я чувствую, что встреча с тобой стала началом чего-то большого и важного не только для меня, но и для всего Третьего Мира. Я не могу просто сидеть, когда происходят такие важные события – это было бы просто глупо.
– Ясно, – Безымянный шумно выдохнул, рыча как усталый пёс, – тогда ты можешь идти со мной.
Василиса подняла бровь, будто намекая Безымянному, что она и не думала спрашивать его разрешения.
– Это моя битва, – ответил он на её жест, – не только с Сыном Бога, но и с самим собой и теми, кто обрёк меня на этот ужас забвения. Я могу пройти этот путь один, а потому только мне решать, идёшь ли ты со мной или нет. Я очень уважаю твои навыки, Василиса, но не стоит так зазнаваться.
Внезапно ведунья громко расхохоталась, и её искристый смех звонко разнёсся по лесу ярким эхом.
– Что же, ты прав, – проговорила она сквозь хохот, – Ты конечно прав. Но я бы всё равно пошла с тобой, даже если бы ты и заупрямился.
– Хм, – только и смог ответить Безымянный и снова вгрызся в мягкую и насыщающую лепёшку.
День уже клонился к полудню, когда они начали собираться в путь – костёр был тщательно потушен, а все пожитки помещены в мешки и наплечные сумки. Правда, им ещё нужно было дождаться отправившегося на разведку Ваню, который уже начинал задерживаться, но путники решили, что лучше быть наготове и не тратить время на сборы.
