Вскоре они уже сидели за столом в убежище, где с удовольствием стали поглощать заказанные блюда. Какое-то время они говорили о нейтральных делах; Мио, как и подобало при таких встречах, поинтересовался у Тана, как идут его торговые дела, на что тот вдруг слегка нахмурился и, сделав небольшую паузу, произнес:
— Не то, чтобы они были уж очень плохи, но к сожалению, с некоторых пор все идет не так, как бы хотелось. Впрочем, вам, наверно, и самому это известно.
— О чем это вы?
— Да о подати в вашем родном логове, конечно. С тех пор, как химерам стало позволено почти безраздельно властвовать над всеми торговыми путями на территории вашего племени, торговля стала не очень выгодной. Почему, собственно, мне и пришлось искать новые торговые связи уже здесь.
— Химеры властвуют над путями, неужели мой отец так и не уничтожил их?
Тан с удивлением посмотрел на своего собеседника, после чего произнес:
— Нет, ваша милость. Мало того, они теперь находятся в союзе с вашим племенем и им даже позволено находиться в главном логове на правах, порой даже превышающих те, что имеют коренные жители, и не скажу, что это идет делам на пользу.
От этих слов Мио почувствовал, как все внутри у него сжалось, а ярость начинает растекаться по его жилам. Он даже невольно глухо зарычал.
— Значит Рау все-таки добился своего.
— Рау?!
— Да, и он тот, кто стремился к этому союзу, одним только Древним ведомо, зачем он ему понадобился. Похоже, он окончательно потерял все остатки своей чести. Однако, как ему удалось склонить к этому отца, или?..
Внезапно его голос дрогнул. В его сознании вдруг пронеслась жуткая догадка, настолько поразившая его, что у него даже перехватило дыхание. Увидев его замешательство, Тан лишь покачал головой и постарался перевести разговор на другую тему. Проведя в убежище еще какое-то время, Мио, сердечно поблагодарив Тана за угощение, отправился в дом правителя. Следующих несколько солнцеходов мысли о его родном племени и том, что там происходит, не покидали его ни на минуту; ни при свете солнца, ни при лунном лике. Снова и снова он пытался понять, зачем Рау понадобился союз с химерами и главное каким образом он убедил их отца заключить этот мерзкий союз. Но ответа не было. Одно он понимал совершенно точно — это то, что он просто обязан вернутся назад и как можно скорее. Приняв окончательно решение, он настоял на встрече с правителем тигров, где преклонив колено и получив разрешение говорить, не тратя зря слов и времени, попросил владыку отпустить его со службы.
— Но почему так внезапно и как же обучение моего сына?
— Простите, ваша милость, но до меня дошли весьма тревожные вести, касаемые моих родных, я должен вернуться туда, это мой священный долг.
— Долг?! Странно это услышать от того, кто был лишен имени.
— Отчасти именно поэтому я и должен вернуться туда как можно скорее. Я обязан вернуть его себе, я и так слишком долго медлил с этим, больше откладывать это я не могу, иначе я окончательно лишусь всякой надежды и утрачу тех, кто мне дорог.
Правитель не сразу ответил, какое-то время он задумчиво смотрел на молодого льва, после чего, словно стараясь прибегнуть к последнему аргументу, дабы остановить его, произнес:
— Но как же ваше обещание, данное моему сыну?
— Ваша милость, я передал ему все знания, какими владел, теперь обучать его может лишь один учитель, равному которому для его высочества не будет даже среди Древних.
Старый тигр с удивлением посмотрел на Мио:
— И кто же он, назовите мне его?!
— Это вы, ваше величество.
Правитель удивленно поднял брови, но прежде чем он успел произнести хотя бы слово, Мио продолжил:
— Да, ваша милость, только вы способны стать для вашего сына тем, кто научит его быть владыкой, а именно это рано или поздно ему предстоит.
Правитель задумчиво нахмурился и какое-то время не произносил ни единого звука, но вот тяжело вздохнув, он прервал затянувшееся молчание:
— Что же, ваши слова, господин Наставник, конечно, имеют определенный смысл. И хотя мне трудно расставаться с тем, кто смог найти путь к сердцу моего сына и стать для него авторитетом, чего добиться до вас никто не смог. Но похоже, теперь действительно пришла пора и мне пройти этот путь.
— Рад это слышать, ваша милость.
— Ну раз так, у меня нет причин как-то препятствовать вам и остается лишь одно — пожелать вам доброго пути и покровительства самих Древних на вашем, судя по всему, весьма нелегком пути.
— Благодарю вас, ваша милость.
Мио отвесил правителю глубокий поклон и, поднявшись, вышел из зала. Теперь ему предстоял еще более тяжелый разговор с самим наследником. Зная его темперамент, он был уверен, что этот разговор будет намного тяжелее, чем с его отцом. И этот момент не заставил себя долго ждать. Уже на следующий солнцеход едва солнце начало свой путь, как в его комнату буквально ворвался юный тигренок и прямо с порога почти прокричал:
— Почему?
— И вам хорошего солнцехода, ваше высочество! — нарочито произнес Мио, наградив своего внезапного визитера слегка сердитым взглядом, явно не одобряющим такое поведение.
