Юный нарушитель спокойствия оставил это без внимания и продолжил:
— Доброго?! Как он может быть таковым, если вы решили бросить меня? — в его голосе слышалась смесь гнева и обиды, и даже некоторые нотки страха.
— Я вовсе не бросаю вас.
— Но мне сообщили, что вы отказались от службы в качестве наставника.
— Верно.
— Но…
— Я ухожу с этого поста, потому что мне больше нечему вас учить, ваше высочество.
— Но я…
— Я передал вам все, что мог. И там, в логове лемуров, вы прекрасно продемонстрировали это, оставшись без оружия один на один с опасным врагом. Вы сделали себя своим оружием. Оружием которое никогда не покинет вас, не сломается до самого конца и никогда не подведет. Именно этому я вас и учил все это время, теперь же обучение подошло к концу и мне пора продолжить мой путь, а вам предстоит пройти свой.
— Мой путь, — почти прошептал его юный собеседник и как-то внезапно сник, словно на его плечи вдруг легла непомерная ноша.
— Я не тот, за кого они меня принимают. Там, после той охоты, в одном из святилищ Древних, куда меня призвали, все вдруг решили, что я — воплощение основателя нашего племени. Мне дали это имя, но я не чувствую себя им. Прошу, Наставник, не уходите, вы мне все еще нужны и сейчас даже больше, чем тогда, когда мы встретились. Тогда я всего лишь хотел доказать, что я сын своего отца, но теперь…
— И теперь вам предстоит продолжать это делать, и единственный, кто сможет помочь вам достичь этого — это лишь ваш собственный отец.
Тигренок резко поднял голову и посмотрел прямо в глаза своего наставника и в них читалось недоумение.
— Да, ваше высочество, рано или поздно вы станете правителем вашего племени и стать достойным того имени, которое вы теперь носите. А обучить этому может лишь тот, кто сам им является. Сейчас вы должны стать его надежной опорой, перенимая все его знания и опыт, и только так вы навсегда вырвите из сердец ваших соплеменников все семена сомнений в том, что вы всего этого достойны. Ну, а мне пора уйти и сейчас я прошу вас отпустить меня.
Мио опустил голову, словно смиренный проситель, и на какое-то время в комнате повисла тягостная тишина. Но вот снова раздался голос юного наследника:
— Что же, похоже, удержать вас у меня все равно не выйдет. Так что мне остается лишь поблагодарить вас за все и пожелать доброго пути.
Голос его был полон печали. Мио медленно поднял голову и увидел, как тигренок, понуро опустив хвост и слегка прижав уши, направился к выходу из комнаты. Однако прежде чем скрыться за дверью, он снова посмотрел на своего уже бывшего наставника и с надеждой произнес:
— Но мы ведь еще увидимся?
Мио обнадеживающе улыбнулся, словно стараясь подбодрить его:
— Кто знает, все возможно. Если на то будет воля Древних, мы еще поохотимся, но на этот раз выбирать дичь буду я, а то от предыдущей у меня до сих пор зубы ноют, никогда еще не пробовал такого жесткого мяса, уж простите мне мою прямоту.
В ответ тигренок постарался выдавить из себя улыбку, после чего окончательно скрылся за дверью, тихо закрыв ее за собой. Мио же, печально вздохнув с чувством немалого облегчения, что все объяснения наконец остались в прошлом, занялся подготовкой к долгому путешествию. Получив остатки положенной ему оплаты, он отправился к набережной и там нанял самый быстроходный плывун, какой только сумел найти. Проведя в пути несколько сотен невероятно томительных солнцеходов в пути, к счастью, содержимое его кошеля позволило ему оплатить прямой путь без задержек, он наконец ступил на родную ему землю, туда, откуда отправился с Гартом в так затянувшееся путешествие.
Оказавшись на суше, он было собрался немедленно отправиться в свое родное логово, но был вынужден оставить эту затею. Он все еще был изгнанником, лишенным имени. Даже если он беспрепятственно сможет попасть туда, ни один из его соплеменников, не говоря уже об отце или иных его кровных родственниках, не станет даже говорить с ним. Во что бы то ни стало ему нужно добыть именно кристалл. Впрочем, если Тан был прав и химеры теперь находились в логове, то это могло значить, что если не все, то значительная их часть покинула священную долину, и он наконец сможет добыть кристалл. Впрочем, соблюдать осторожность все равно, конечно, следовало.
