— Мой босс — идиот, а ты, Филя — лох! — кивнул Паскаль. — Потому что слушаешь идиота!
— Э! — возмутился Харчик. — Что за неуважение к начальству?
Паскаль только смерил «босса» скучающим взглядом, а я искренне улыбнулся.
— Вы к нам надолго?
— На пару дней, Филь! — сообщил Харчик. — А потом назад.
— Ну тогда я ещё загляну к вам! — пообещал я.
— Не задерживайся! Вот увидишь, всё ценное быстро раскупят! — подмигнув, заметил торговец.
— Ценное? — я серьёзно удивился. — Не обманывай, всё ценное у тебя всегда хорошо спрятано!
— Умный какой! — возмутился Харчик. — Кстати, ваш лидер слил нам сегодня много всякого добра. Так что так уж и быть! Заходи, проси и, может, даже получишь!
Киря встретил меня прямо у входа. Видимо, увидел, как мои гвардейцы вернулись. Я пересказал ему новости, а он в ответ порадовал меня:
— Филь, я не стал ждать, когда вы вернётесь. Так что слил Харчику весь мусор от бандитов, включая вашу долю. Это сорок три тысячи опыта. Сорян, если поторопился…
— Да фигня… — отмахнулся я. — Они у тебя в казне?
— Да, — кивнул Киря.
— Вот и держи там! А то я случайно себе уровень возьму раньше времени…
Сладка доля завоевателей, но горька доля проигравших. А ещё горше доля — сидеть в посёлке! Потому что там, по лесу, шастают ку-куо и всякие другие высокоуровневые твари… С которых за один бой выходит в двадцать раз больше опыта, чем с доли добычи! Но и от этой доли я тоже не откажусь. Фигушки!.. Раз не могу опыт экономить, то хоть зарабатывать постараюсь побольше…
Все приключения с новыми соседями и ку-куо заняли всего каких-то полдня. Однако стоило мне появиться перед односельчанами, как я был немедленно пойман Ирой. И вот я прямо в глазах у неё ещё на подходе прочёл желание ввергнуть меня в пучину жесточайшей эксплуатации.
— Филя! — проговорила она, когда идти до меня осталось буквально пару шагов.
— Ира? — ответил я, отступая так, чтобы сохранить эту безопасную дистанцию.
— Куда это ты пятишься? — поинтересовалась Ира, ухмыльнувшись.
— Туда, где не надо работать? — предположил я.
— Кто не работает, — наставительно заметила девушка, — тот хлеб не кушает! Вернись!..
Упоминание хлеба заставило меня на миг остановиться. Ира немедленно оказалась рядом и подхватила меня под руку так цепко, что я понял — вырваться мне уже не удастся.
— Филь! Выручай! — сказала она. — Кирилл отказывается назначать новые общественные работы. А нам надо зерно в муку измельчать! Ты хоть и дурак, но вообще умный… Давай ты нам поможешь?
— Ира! Ты пойми! — в тон ей отозвался я. — Обычно слова «давай ты нам поможешь» несут в себе несколько иной смысл, близкий к «давай ты всё сделаешь за нас»… И…
— Отлично! Ты всё понял! — обрадовалась девушка. — Запоминай!
— О, нет…
— Надо найти круглый камень! Этим камнем надо будет в миске перетирать зёрна. Только учти, зёрна у этих колосков спрятаны в нескольких слоях шкурки. Так что тереть надо очень тщательно, чтобы избавить всё зерно от шелухи.
— Ира, а потом-то как? — спросил я. — Шелуху как отделять будете?
— Я сито сделала из тонких прутьев. Попробуем с его помощью.
— А надо было мельницу делать… — вздохнул я.
— Вы бы её делали, как ткацкий станок! — возмутилась девушка. — Пока Ручки не возьмётся — ничего не будет!
— Ладно-ладно, — сдался я. — Он, кстати, не доделал ещё?
— Нет, у него там заказ на какой-то доспех, срочный… — хмуро ответил девушка, заставив меня старательно отводить взгляд. — Для Жоры вроде бы… Я точно не знаю, не вникала. Так, всё, хватит разговоров… Жду тебя с камнем!
Моя рука была освобождена от стального захвата, и физически я теперь был абсолютно свободен. Но шея… Шея буквально ощущала невидимую удавку общественного порицания… Бегство — не вариант!
Найти круглый камень оказалось вовсе не так просто, как я рассчитывал. В основном, мне попадался сплющенный голыш — или неотшлифованные ветром и водой куски породы, которыми вместе с мукой можно было перемолоть даже миску. Хоть булаву используй, честно слово!.. Через час я всё-таки вернулся к Ире с продолговатым камнем со скруглённым концом. Моё долгое отсутствие она комментировать не стала — зато посмотрела так, что я почувствовал себя жалким ничтожным созданием, плевавшим с высокой колокольни на всех и вся.
Миску мне предоставили не глиняную, как я предполагал, а деревянную (кто это такое чудо у нас делает, а?), и этому я был только рад: хлеб с деревянной стружкой значительно полезнее, чем хлеб с глиняной крошкой. Честно сказать, как бы я ни возмущался запряганием себя любимого в работу, но сам факт того, что, возможно, сегодня-завтра у меня будет вкусный хлебушек, заставлял меня гореть энтузиазмом и рваться в бой.
