Начал снова Михаил, оказавшийся пулеметчиком. Ну да, с его кондициями только с «Печенегом» и бегать, несмотря на юные годы. Впрочем, не такие уж юные. В свое время мальчишки всего на полгода-год его старше Грозный брали… Станислав и Иван оказались стрелками-автоматчиками, разве что Стас заикнулся о неплохом владении «подствольником», а Иван несмело помянул «Винторез». Отлично, замечательно просто! Осталась сущая мелочь – добыть их, что «подствольник», что «Винторез».
– А я очень хорошо готовлю, и стираю, и убираюсь по дому…
– Я понял, золотко, а еще ты любишь поэзию Беллы Ахмадулиной, полевые цветы и гулять под дождем… И с чувством юмора у тебя все в порядке… А если серьезно? Про связь я понял уже, разбираешься. А еще?
– Да то же, что и у ребят, – улыбнулась Яна. – Автомат Калашникова, пистолет Макарова… Но зато в радиосвязи я действительно понимаю хорошо.
– Не сомневаюсь, – кивнул я, и мы продолжили знакомство.
Позывных или прозвищ никто по малолетству не имел, экипированы были хорошо. Но тут понятно: не крестьянские дети в город пошли, счастья искать. На базе спецназа, пусть и маленькой, резервной, на совсем уж крайний случай подготовленной, плохого снаряжения быть не могло. А вот с оружием беда: только по ПМ у всех четверых. Но «длинноствол» все же есть, успокоил Михаил, в Мантурово у надежных людей. Надо же, как тесен мир, я же из этого Мантурово едва-едва в Никольск пришел.
– А люди насколько надежные? – подпустив в голос скепсиса, поинтересовался я. – А то времена нынче такие…
– Надежные, – уверенно ответил здоровяк. – Но даже если там что-то случилось – оружие достанем, есть варианты. На Пустоши с «макарками» никто идти не собирается.
Что ж, уже неплохо. Но на кой черт ты, Татаринов, в эту безумную авантюру влез вообще? Потому что это не просто опасный рейд. Это шанс, нет, не так, ШАНС вырваться из всего этого… кхм… м-да… И жить по-человечески среди людей. Кто ж такую возможность упустит? Ради такого и жизнью рискнуть стоит. И за куда меньшее умереть в последние годы готов был, чего уж там. Один мой поход на банду залетных грабителей с двенадцатью патронами в магазине чего стоит! Или когда я в Ярославле в контору Кости Гольденцвайга в гордом одиночестве с ПБ в потной ручонке и с «бэзэтехой» наперевес лез. Скажете, у меня тогда шансов выжить сильно много было? Вот и я о том же!
– Вот оно даже как, – ошарашенно протянул Боровков-Кенни, выключив диктофон, который держал в руке.
Сидели мы в комнате, а его ученики, братья-погодки Сашка и Леха, с автоматами в руках стояли у входной двери снаружи, караулили, чтоб никто не подслушал. Такая информация на сторону уплыть не должна ни в коем случае.
Я лишь утвердительно угукнул в ответ. Что тут говорить? И так все понятно.
– Мы с тобой?
– Нет, Игорек, вы народ по «Набату» собираете и готовитесь кое-кому тупоумные «тыквы» отстрелить, чтоб наперед знали, что нас злить не стоит.
По физиономии вижу – расстроился Кенни. Это я человек спокойный и рассудительный, а Игорь – авантюрист, каких еще поискать. Из тех, что с безразмерным шилом в одном месте и которые всегда за любой кипиш, кроме голодовки.
– Игорь, мне и этих четверых гавриков через пустоши на загривке тащить вообще не улыбается. Но ничего не поделаешь – клиенты. Мне вот к ним до кучи еще и твоих парочку. И тебя…
Увидев, как старый приятель всерьез насупился, поспешил поправиться:
– Ладно, признаю, погорячился. Как раз тебя тащить не придется. Но от этого не намного легче будет. И так орава выходит приметная, а с вами – почти что взвод пехоты. Сопливой и плохо обученной… Сами они про себя пусть думают что угодно, но вся подготовка там – сугубо в теории. Реального боевого опыта нет, «в поле» больше трех-четырех дней подряд не жили. Да и жили под присмотром. Короче, новобранцы, рядовые необученные…
– Мои кое-что умеют уже, – продолжает дуться Кенни. – Всю зиму дрессировал.
– Верю. Но задачи у тебя сейчас другие. И выполнять ты будешь их. Есть вопросы, товарищ бывший прапорщик?
– Нету вопросов, товарищ бывший майор, – в тон мне отвечает Игорь. – Но я тебе это свинство еще припомню, Саныч. Такой «эпик квест» – и без меня. Не, ну и не свинья ты после этого?
– Свинья, – со спокойной душой соглашаюсь я, в душе радуясь, что всерьез старый товарищ не обиделся, коль шутить начал. – Готов даже пару раз хрюкнуть, чтоб ты удостоверился. Но у вас тут и своих дел будет. Не менее «эпик», разве что не «квест», а «баттл»…
– Давай, – коротко отвечает Боровков.
– Чего – давай? – не понял я.
– Хрюкай давай, – заржал в голос этот негодяй. – Я тебя за язык не тянул.
Не, ну и кто из нас свинья после этого? Но за язык и правда не тянули. И я пару раз втянул наморщенным носом воздух, изображая матерого борова.
– Вот, другое дело! – Игорь хлопнул меня по плечу. – Мужик сказал – мужик сделал. Лады, понял тебя. Когда выдвигаться думаешь?
– Да вот сейчас и двинем, по утреннему холодку.
– А завтрак?
– Не фига, пусть молодежь к тяготам и лишениям сразу привыкает.
