– Я в школе и проказничала, и ленивая была, и глупая, и безалаберная, ещё неблагонадёжная, поскольку вампир, да такой и осталась. Я и половины книг не прочитала, положенных за это время, просто отключалась через некоторое время над книгой, такая вот неправильная со всех сторон. И заклинаний мало выучила, хотя очень много в память записала магией. Лень и безалаберность лечат наказаниями два года, и если не исправляется ученик, то отчисление. А из-за глупости меня должны были сразу в рабство продать или сжечь, все проверки сразу указывали на отчисление. А в Школе Магии Белого Острова, да наверно и в других, с этим строго было. Но я очень сильный модификатор, редкость очень большая… А уж на коленях в углу в кабинете Наставницы по два раза в неделю стояла. И подзатыльники и от Наставницы, и от профессоров – это каждый день. Как и указкой или тростью по голове, или по спине, или по рукам. Но я так думаю, что если бы Ризалина меня не наказывала, то меня бы или палачу отдавали для воспитания, или отчислили. А отчисление для собственности Школы Магии, каковой я и была, это или продажа в рабство, или казнь. Но в моем случае, скорее всего, сожгли бы, не стали бы продавать модификатора и вампира, опасно.
Я только и смогла пролепетать:
– Так тебя шесть лет просто били каждый день, и не любил никто?
– Ну да – улыбнулась Лана – И все спали отдельно, я сворачивала из полотенца куклу и обнимала её. Многие ученики меня боялись, поскольку эльфы подсознательно чувствовали ненависть и страх к вампирше, даже не зная, кто я, я и сама только недавно узнала. А за ними и другие сторонились. Я тогда не понимала, почему у меня друзей нет и мало приятелей, да и те учились много, не было времени у них. Зато теперь меня столько сильных людей любят. А Повелителем я не могу быть. Слабая я для повелителя, и глупая, и добрая, и мягкая, и ленивая, и безалаберная. Андрей сильный и добрый, но он может быть строгим. И умный очень, и дальновидный, и твердый, и заставляет меня делать, что требуется. И даже не лупит меня. Даже за опасную шалость с душой и драку только пошлёпал для порядку. А битьё горгулетты вообще не в счет – это издержки превращения в монстров. Но ты не переживай, я в Школе Магии весело жила, гуляла по парку Школы Магии и купалась, и общалась когда получалось. Частенько в город убегала, правда один раз поймали и выпороли, конечно.
Лана начала беззаботно напевать песенку. А остальные дальше шли молча, пытаясь осмыслить услышанное. Андрей обнял и погладил колдунью. Сказал, что любит её.
А я задумалась, что вот Лана так спокойно говорит о диких для всех, да, надо полагать, и для неё неприятных и тяжёлых, даже болезненных вещах, а я про дурацкую клизму не могла рассказать. Вместо пары предложений по существу, устроила целое шоу, краснела и мялась, веселя Андрея и Катю, да и остальных. Заострила на этом внимание на целый час, дура. За пиар клизм мне, конечно, оценка отлично, но и впечатление создала, что вся моя жизнь вокруг этой клизмы вертится. Хи. Точно, с тараканами в голове надо что-то делать.
Тем временем мы пришли на неприметную и даже какую-то неуютную полянку. Лана тут же мне пояснила, что это магия сокрытия отводит от клада. Андрей аккуратно положил свой большой мешок, усмехнувшись, что у княжества теперь и хрупкое достояние есть, приказал Лане осмотреться радаром, взял лопату и с огромной скоростью выкопал здоровенную яму, со дна которой бойцы и вытащили арсенал и казну.
Лана мне за это время объяснила, что мы находимся в режиме учений, нам предстоит несколько трудных дней, которые надо провести с полной отдачей. Показать на что способны и отработать новые навыки. Невыполнение приказов, как и умничанье, сразу приведет к наказанию. Так что мне не стоит думать, что девочки всегда развлекаются и отдыхают.
Да уж, мы одновременно с ней погладили свои попы. Переглянулись, я удивленно, а Ланочка чуть грустно.
Катя с радостным писком быстро скинула одежду, залезла в странноватый костюм, подчеркнувший её стройную и спортивную фигуру. Нацепила маленький арбалет, метательные ножи на голени, волнистый кинжалище, я тут поняла, что её городские кинжалы ещё вполне так небольшие, их она тоже закрепила на голенях. А за спину повесила длинный, слегка изогнутый меч, или саблю. Она быстро пронеслась по поляне, выполняя акробатические прыжки, выхватывая оружие, и размахивая им. Повелитель весело сказал ей, что если она хоть деревце срубит, то демаскирует схрон. Бэримор в это время с каким-то щенячьим восторгом описывал мне её оснащение:
