В позе царевны явно читалась надменность. Она перевернула свой ворьен и протянула его Наде рукоятью вперед. Надя все еще пыталась справиться с потрясением, но все же забрала кинжал. Перед ней стояла будущая правительница Калязина, а она путешествовала с Черным Стервятником. И с какой стороны ни посмотри, это не предвещало ничего хорошего. Но, поразмыслив еще немного, Надя поняла, что общение с Серефином лишило ее благоговения перед королевскими и царскими особами. Хотя ее все же пугал такой поворот событий.
– Ты думала, это убьет его? – Надя постучала лезвием по щеке Малахии. – Чувствуешь что-нибудь?
– Думаю…
– Нет?
– Думаю, тебе следовало проверить его по-другому, – любезно предложил Малахия.
А затем изобразил, будто его пронзают кинжалом.
Надя тихо фыркнула. Они оба знали, что он выделывается. Ему становилось не по себе только от одного прикосновения к его коже ворьена, вырезанного из кости, которым владела Надя. А тот, что отдала ей царевна, оказался обычным кинжалом. Она протянула его Малахии.
Тот вытянул ноги и уселся на землю. Тьма исчезла из его глаз, как и когти с рук, за исключением одного, которым Малахия разрезал себе предплечье. Екатерина поморщилась. Несколько секунд он листал свою книгу заклинаний в поисках нужного, а затем вырвал страницу и завернул в нее кинжал. Бумага в его руках тут же превратилась в пепел. Он подбросил кинжал в воздух и поймал за самый кончик, а затем протянул царевне.
– Если хочешь, можешь ради интереса воткнуть его в меня. Я, конечно, выживу, но вдруг тебе станет от этого легче, Wécz Joczocyść, – сказал он.
Екатерина тут же оскалилась, а Малахия швырнул в нее ворьен. Но она поймала его за рукоять.
– Ну что ж, – продолжил Малахия. – Какое маленькое и милое совпадение, не правда ли?
– Заткнись, Малахия, – сказал Надя.
Подняв бровь, он так пристально посмотрел на нее, что Надю пронзили дрожь страха и осознание, что она заходит слишком далеко.
Решив, что она все поняла, он вытянул ноги и оперся на руки, явно наслаждаясь происходящим.
– Что ты здесь делаешь? – спросила Надя у Серефина.
Она прекрасно осознавала, что царевна наблюдает за ней. Пронзает взглядом ее руку, лежащую на голове Малахии, и кость, которую она перекатывает между пальцами.
Глаз Серефина выглядел странно, а второй закрывала черная повязка. А сам транавийский король выглядел просто ужасно.
– У него в голове поселился древний бог, и мы пытаемся высвободить Серефина из его лап, – ответила за него Екатерина.
– Ого, но какое тебе дело до этого?
Надя не понимала, какая роль во всем этом отводилась царевне. Как Серефин встретился с ней? Разве они не враги?
Впрочем, то же самое могли сказать о ней и Малахии. Они оба считались символами идеологий своих стран, но все же находились вместе.
Екатерина усмехнулась.
– Я много знаю о древних богах.
От этой новости у Нади сердце чуть не выскочило. Могла ли царевна помочь и ей?
Сможет ли понять, что означали все эти загадочные послания, которые получала Надя? Да и захочет ли она помогать ей, зная, что Надя путешествует вместе с Черным Стервятником? Она не стала бы осуждать царевну, если бы она отказалась иметь дела со сбившейся с пути клиричкой.
– И куда вы идете? – спросила Надя.
– Тзанеливки, – ответил Серефин, а затем потер глаз.
– Мы тоже туда идем, – сказал Малахия и, заметив недоуменный взгляд Нади, пояснил: – Тачилвник.
Видимо, решив, что больше ничего интересного не произойдет, он наконец поднялся на ноги. Царевна настороженно наблюдала, пока он выпрямится во весь свой рост.
– Судя по всему, нам всем нужно попасть в одно и то же проклятое место, – ехидно заметил Малахия. – Какое совпадение.
Глаза Серефина сузились.
– Я не забыл твоего поступка, – тихо произнес он.
– Ох, я испытал бы невероятное разочарование, если бы это произошло. Я столько приложил усилий, чтобы все прошло как по маслу, а ты взял и выжил.
– Кровь и кости, мне так жаль, что я сорвал твои планы. Просто безумно жаль. Ведь Транавии только и не хватало на троне самого худшего из Черных Стервятников в истории.
На губах Малахии мелькнула улыбка.
– Транавия продержалась так долго лишь потому, что я самый жестокий из всех. Не обманывайся на этот счет.
Звон пронзил уши Нади, от которого она никак не могла избавиться. Все маленькие причуды Серефина, которые так напоминали ей о Малахии, пока она жила в Гражике, теперь обрели смысл. Она смотрела на профили их лиц, которые сейчас казались ей невероятно схожими. Да и глаза Серефина – до всей этой неразберихи с древним богом – были такого же светло-голубого оттенка, как у Малахии. Сейчас Малахия казался ей более худой и долговязой копией Серефина. А их сходство поражало.
«Мальчик, созданный из тени, и мальчик, обсыпанный золотом».
О боги!
