– Я надеялся, что он передаст от меня сообщение, но его смерть не особо меня расстраивает. Он действительно пытался убить меня, – продолжил Серефин. – Ты хороша в охоте на Стервятников?
– Приведите здесь все в порядок, – приказала Екатерина, и солдаты тут же бросились врассыпную. – Умираю с голода. Посадите его куда-нибудь, пока я не отыщу еду.
Серефина толкнули на скамью и связали руки за спиной.
Екатерина уселась напротив него с тарелкой селедки и ржаным хлебом в руках. Она носила военную форму офицера Калязина, но без каких-либо обозначений ранга. Наверное, царевне и не присваивали какого-то звания, а войска подчинялись ей только из-за ее происхождения.
Досадно.
– Очень мило с твоей стороны не убивать меня сразу, – сказал Серефин.
– Ходят слухи, что ты убил своего отца, чтобы стать королем, – ответила она.
– На самом деле это сделала калязинская девушка-клирик, – склонив голову набок, огорошил он.
Екатерина застыла.
– Что?
– Знаешь Надежду Лаптеву? Надю? Совершенно невыносимую девушку. Разве может такой маленький человек быть настолько самоуверенным?
– Клирик пробралась в Транавию?
– Мне показалось, у вас прекрасные шпионы.
Царевна покраснела.
– Не переживай. С ней все в порядке. Хотя, может, это уже и не так. Когда мы виделись в последний раз, она собиралась отправиться в Соляные пещеры, чтобы поболтать с Черным Стервятником.
Ее глаза становились все шире.
– На самом деле вряд ли там произойдет что-то интересное, и я бы с удовольствием разделался с Черным Стервятником, – продолжил он. – Думаю, Надя выбралась оттуда живой, потому что у них невероятно странные отношения. Но всякое бывает, правда?
Екатерина ошеломленно смотрела на него.
– Ох, кажется, у меня есть то, что тебе нужно, – с улыбкой произнес Серефин.
– Ты знаешь, где она? – еле слышно спросила царевна.
Серефин понятия не имел, где находилась Надя, но надеялся, что Кацпер и Остия все еще рядом с ней. Как и на то, что с ними все в порядке, потому что даже задумываться не хотел об ином варианте. Он отчаянно скучал по ним. Особенно по Кацперу. Он слишком привык к постоянному присутствию невозмутимого друга, и дни, проведенные без него, казались наполненными каким-то неописуемым одиночеством, в причинах которого Серефин пока не пытался разбираться.
Екатерина откинулась на спинку скамьи, а затем тихо выругалась по-калязински.
– Ты ставишь меня в затруднительное положение, понимаешь? – поинтересовалась Екатерина.
– Странно, но это не вызывает у меня ни капли жалости.
– Что у тебя с глазом?
– Ты невероятно мила. Тебе это уже говорили?
– О тебе ходят разные слухи… – Она вновь наклонилась вперед и подперла подбородок рукой. – Но они так нелепы, что я не прислушивалась к ним.
– Война изменилась, и мы все это понимаем. Но никто не знает, как ее остановить, – сказал Серефин. – За что мы вообще сражаемся?
– Вы – еретики.
– А вы сильно заблуждаетесь, – ответил он. – Так что за слухи ты слышала?
– Ты умер незадолго до смерти своего отца. И вернулся назад в потоках крови.
– О, это правда.
Царевна напряглась, но быстро пришла в себя.
– Только до сих пор никто не упоминал об участии клирика.
– Смерть отца вызвала переполох. Так что по вполне понятным причинам я постарался держать ее подальше от происходящего.
– С чего это ты вздумал защищать ее?
– Потому что мне не хотелось, чтобы весь Калязин отправился на штурм транавийской столицы, чтобы вернуть Надю. Я стратег, дорогая, и понимал, что, узнай твои люди, где находится клирик, тут же обретут новую надежду.
Екатерина задумалась.
– Думаю, живым ты доставишь больше неприятностей, чем мертвым.
– Не льсти мне, – ответил Серефин, но слова царевны заставили его вздрогнуть.
Она либо посадит его в темницу, либо прикажет казнить. И вряд ли существует какой-то еще вариант.
Закончив есть, она встала и обошла стол. Проведя рукой по волосам Серефина, она сжала их в кулаке и оттянула его голову назад.
– А ты очень хорошенький для транавийца, – пробормотала она.
– Спасибо.
Ему следовало как можно скорее выбраться отсюда.
– Не стоит. Отец говорит, что красивый король всегда скрывает жестокие намерения. – Екатерина наклонилась и прижалась губами к его уху. – Лучше бы ты оказался уродливым. – Она провела пальцем по его шраму. – И лучше бы это сыграло свою роль.
Холод сковал его живот, когда царевна отступила на шаг назад.
– Что ты предпочитаешь? Повешенье или обезглавливание? А может, мне перерезать тебе горло? Похоже, кто-то уже пытался это сделать с тобой, так давай просто закончим начатое. Какой казни заслуживает король Транавии? – Она усмехнулась. – Хотя… У меня есть идея получше.
Серефин закрыл глаза, потому что понимал, что не стоило и заикаться о том, чтобы отпустить его.
Его отвели в каменную церковь, стоящую за пределами деревни. Она выглядела так, будто ее вырезали в огромном валуне, который скатился с горы, а сверху установили луковичные купола.
