Мэнни уходит. Кэндис смотрит на меня, ожидая, что я вышвырну и ее. Однако, как я не мог ее убить, я не могу вышвырнуть ее.
На этом я всех покидаю.
Мне нужно побыть некоторое время одному, чтобы остыть.
Я до сих пор не поговорил с человеком, с которым мне нужно поговорить больше всего.
Эмелия.
Уже поздно…
Я, должно быть, уже несколько часов нахожусь в кабинете. С каждой секундой становится все позже, а я все не могу заставить себя увидеть Эмелию.
Я не хочу говорить с ней, чувствуя себя таким образом. Жало предательства и страха слишком свежи.
Я хочу знать, что случилось, почему она вдруг решила сделать это сегодня. Но я боюсь ответа. Все всегда было дерьмом, но еще больше дерьма стало после смерти Джейкоба.
Она планировала это все время? Это должен был быть план, поскольку она могла увидеть отца и поговорить с ним только на благотворительном вечере. Если только она не позвонила ему.
Боже, мне нужно еще выпить.
Я иду к бару с напитками, беру стакан с маленькой полки и бросаю туда немного льда из мини-холодильника. Я наливаю себе скотч и выпиваю его, как только поворачиваю его в стакане и охлаждаю.
Раздается стук в дверь. Входит Доминик. У него снова тот взгляд. Я прикусываю внутреннюю часть губы, когда вижу, что он несет еще один конверт.
— Что теперь? Что еще? — спрашиваю я.
— Я нашел еще бумаги. Алмазы предназначены для Круга как группы. Риккардо планирует отдать Теням сорок процентов богатства, которое он получит от ресурсов Синдиката. Но именно так он изначально заманил Влада.
— Что это такое?
— Просто взгляни, Массимо, — он подходит ко мне и протягивает конверт.
Я ставлю стакан и открываю его. Мне надоело открывать конверты с плохими новостями. Но эта — мать плохих новостей. Я смотрю на первую страницу, и мое сердце останавливается, когда я читаю первые несколько строк. Кусочки гребаной головоломки складываются воедино. Теперь я точно знаю, почему гребаный Влад подумал, что я что-то у него украл. В ярости я оглядываюсь на Доминика.
— Где ты это взял? — хрипло говорю я.
— Массимо, ты меня знаешь, — отвечает он. — Это просто еще один кусочек пазла, который встает на место. Думаю, теперь мы знаем, что задумал Риккардо и как он уговорил Влада помочь ему. У этого мужчины влечение к молодым женщинам с каштановыми волосами и карими глазами. У Риккардо тоже были планы на Эмелию. Большие планы.
У меня пересыхает во рту.
— Блядь, — шиплю я и прохожу мимо него.
Пришло время увидеть Эмелию и показать ей, какой дьявол ее отец.
Эмелия
Я ждала Массимо. Прошло несколько часов. Доктор ушел некоторое время назад, поэтому я ожидала, что он придет и вынесет свое наказание.
Мой разум подсказывал мне, что он это сделает, но потом я вспомнила, как он спас меня.
Он вернул меня из мертвых. Я услышала его.
Я помню мужчину, который плакал, обнимая меня. Его сердце билось так близко к моему уху, говоря о любви.
Потом мы вернулись сюда, и я как будто вошла в
В чем я уверена, так это в том, что Массимо в ярости. Я просто не знаю, куда он направил свою ярость. Он бы знал, что Кэндис или Присцилла рассказали мне о лодке, и поскольку я видела Присциллу дважды за последние несколько часов, но никаких признаков Кэндис, я склонна полагать, что он знает, что это была она. Я просто молюсь, чтобы он ничего с ней не сделал.
Я была здесь, сходила с ума от беспокойства, мои мысли были повсюду. Я даже не думала о том, что я жива. Я жива, но план пошел к черту. Папа послал тех людей, чтобы поймать меня. Они стреляли в Массимо и его братьев. Люди погибли. Я никогда не ожидала, что это произойдет. Я уверена, что папа уже знает, что мы потерпели неудачу.
Я узнала одного парня. Его звали Влад. Я встретила его на благотворительном балу. Папа представил его как инвестора.
Дверь распахивается, и я от страха подпрыгиваю, спрыгивая с кровати.
Массимо стоит передо мной, как буйный сумасшедший, глаза красные, лицо в пятнах. Ярость и страх на всем его лице.
Я никогда не видела его испуганным, пока сегодня он не обнял меня. Это хуже.
— Расскажи мне, что случилось. Расскажи мне все. И не смей мне лгать. — Он поднимает правую руку и сжимает ее в кулак. В левой руке у него конверт. — Пропусти часть о Кэндис. Я знаю эту часть. Она уже мне все рассказала.
Меня начинает трясти.
— Говори, Эмелия, расскажи мне, что случилось! — требует он. — У нас все было хорошо, а потом ты вдруг решила сделать это сегодня?
— Я видела тебя с Габриэллой. Она сидела у тебя на коленях в гостиной.
— Я ничего с ней не делал.
— Ты ее также не оттолкнул. А как насчет вчерашней ночи? Где ты был? Я видела сообщение, которое она тебе послала, в котором говорилось, чтобы ты пошел к ней, и ты пошел.
