Безжалостный рыцарь полностью

В то время, как Джейс унаследовал черты обоих родителей, а Бьянка в точности напоминала мать, Коул был вылитой копией своего отца с его цепляющими зелеными глазами и светлой кожей.

Я не могла не заметить, как они все расположились на фото: Бьянка, совсем ребенок, на руках у матери, мальчики втроем на полу. Лиам и Коул, одинаково одетые, – я честно не могла понять, кто из них кто, – сидели с двух сторон от Джейса. Оба хмуро глядели друг на друга.

Словно они даже рядом не могли находиться.

Я собралась поставить фотографию на место, когда заметила Библию на комоде. Коул не верующий, Джейс с Бьянкой тоже никогда не упоминали религию, поэтому я была удивлена. Не говоря уже о том, что это не та вещь, которую обычно можно найти в комнате тринадцатилетнего мальчика.

Внутри лежала закладка.

Держа в одной руке рамку, я открыла книгу.

Сердце замерло, когда я поняла, что вместо закладки там покоилась фотография двух чудесных одинаковых малышей в колыбели, держащихся за руки во сне.

Такой красивый момент.

Я собралась закрыть Библию, но тут подметила обведенное писание.

«Кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец. Ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего».

– 1 Иоанн 4:20–21

Фраза «брата своего ненавидит» была подчеркнута.

Мои глаза наполнились слезами. Некогда прекрасная фотография теперь как-то потускнела.

Само по себе писание – это напоминание, что мы все должны любить друг друга. Но если учесть фотографию, подчеркнутую фразу и отношения, которые у него были с братом-близнецом… Я видела, что кое-кто воспринял все очень буквально.

Особенно если он скорбел и искал ответы.

Жуткое чувство пронзило меня изнутри. Я знала, что у Коула были свои причины не верить – и это нормально, его выбор – я просто не могла отделаться от чувства, что это могло быть как-то связано.

– Какого черта ты здесь делаешь?

Ледяной голос Коула испугал меня, и рамка выпала из моей руки.

– Прости. – Не задумываясь, я бросилась на пол, подбирать осколки. – Черт, – пробормотала я, порезавшись, а затем вспомнив, что все еще держу Библию.

Коул наклонился. Его глаза казались темными, даже угрожающими, пока он рассматривал мой палец.

– Я предупреждал, что ты порежешься о мои сраные осколки, Святоша. – Он осклабился, а после указал на гардеробную.

– Вот где он это сделал. Хочешь посмотреть? Еще больше удовлетворить свое любопытство?

Я открыла рот, чтобы снова извиниться, но он не позволил мне этого сделать.

– Выход найдешь сама, когда закончишь вынюхивать.

После этого он вылетел из комнаты. А спустя несколько секунд входная дверь громко захлопнулась.

Коул

В моей крови пульсировала ярость, когда я выбежал через парадную дверь. Я попытался найти свои ключи, но потом вспомнил, что у меня нет чертовой машины.

Развернувшись, я кинулся к гостевому дому.

Оукли открыл дверь после второго стука. Мой взгляд, когда я потребовал одолжить мне машину, должно быть, сказал ему, что я не просто так зашел, поскольку ключи он мне отдал.

– Что прои…

Я ушел, прежде чем он успел закончить предложение.

Сойер не должна была туда входить. Ей, черт возьми, незачем было рыться в вещах Лиама. Меня пронзила вспышка страха. Теперь она станет задавать мне вопросы о нем. Такие вопросы, как: «Почему он покончил с собой?» или «Какое это имеет отношение к отрывку из Библии?».

Я мог недоговаривать правду Джейсу ради семьи, но я не мог врать ей. Она видит меня насквозь.

Я так сильно нажал на газ, что шины задымились, когда машина полетела по улице.

Я потеряю ее.

Стиснув зубы, я резко повернул налево. Мне нужно было избить что-нибудь – кого-нибудь – до полусмерти, пока я не лишился чертового рассудка.

Лишился ее.

К сожалению для Стоуна, его старший брат уже не здесь и не сможет принять на себя удар.

У меня вырвался маниакальный смешок, когда я подъехал к черному входу кафе, где работала Сойер, и выключил двигатель. Моего старшего брата здесь тоже нет.

Я планировал подождать до конца его смены, но в этом не было необходимости, поскольку я увидел, как он выносит мусор. И Бьянку, гнавшуюся за ним и вопившую во все горло.

Понятия не имел, что это значило, но я уже был на взводе, поэтому просто выскочил из машины.

– Эй, ДаСильва!

Это было единственное предупреждение, которое он получил, прежде чем мой кулак встретился с его лицом.

Сойер

– Я не знаю, что делать! – кричала Бьянка. – Джейс не берет трубку, а номера Дилан у меня нет.