Беглецы ускорили шаг, спеша к свету. И все же, несмотря на усталость, Никс боялась возвращаться к небу и лесу. Погребенная в этом тоннеле, девушка смогла хоть ненадолго отдохнуть от ужасов, творящихся наверху. Но она понимала, что прятаться под землей вечно нельзя.
Свет становился ярче, ослепляя после тусклых огоньков двух светильников. Однако, к тому времени как Никс приблизилась к источнику, ее глаза уже привыкли к туманному зареву. Стены тоннеля, бывшие до того абсолютно ровными и гладкими, на последнем участке оказались искореженными и смятыми. Казалось, выход раскромсали огромными ножницами, оставившими острые медные заусенцы.
Дойдя до конца тоннеля, беглецы поодиночке выбрались наружу, осторожно пригибаясь и пролезая сквозь эти острые зубы. Наконец все оказались среди валунов, покрытых мхом и лишайником. Вход в тоннель был спрятан подобно затаившейся в камнях медной гадюке, и обнаружить его постороннему было крайне трудно.
Выбравшись на поверхность, беглецы окинули взглядом то, что лежало перед ними.
Мир заканчивался впереди отвесными черными скалами. Над этой преградой клубились низкие тучи, подобные волнам, набегающим на каменистый берег.
Задрав голову, Никс постаралась проникнуть взглядом сквозь туман, чтобы увидеть то, что находилось вверху. Саваны Далаледы. В Обители девушке рассказывали про это нагорье, терзаемое бурями, – то немногое, что было о нем известно. Лишь самые отчаянные храбрецы дерзали подниматься туда, и многих из них больше никогда не видели. Те же, кто возвращался, рассказывали фантастические истории про чудовищ и страшных зверей, обитающих в непроходимых джунглях Далаледы.
Шан провела своих спутников к усыпанному камнями подножью скал. Подойдя ближе, Никс увидела вырезанные в них ступени, которые поднимались вверх и скрывались в облаках.
Фрелль также обратил на них внимание.
– Должно быть, это те самые ступени, которыми пользуются кефра’кай, поднимаясь наверх для обряда Петрин-тол.
Никс слышала про этот обряд. Она представила себе молодых туземцев, взбирающихся по этой опасной тропе, чтобы доказать, что они достойны своего места здесь, в лесу. Подобно всем тем, кто поднимался к Саванам, многие из них не возвращались обратно.
– Нам тоже нужно будет подняться туда? – прошептал Джейс.
– Быть может, не нам, – сказала Никс.
Она отметила, как бронзовая женщина, хотя еще по-прежнему слабая, решительно направилась к скалам.
Остальные последовали за ней. Налетевший порыв ветра разорвал клубящийся туман наверху. Яркий солнечный свет пронзил слой туч, выплеснувшись на скалы, открывая все трещины и углубления в камне.
Никс прикрыла глаза козырьком ладони, спасаясь от ослепительного сияния. Высоко вверху лучи солнца отразились от скал огненным заревом. Вырубленные в камнях ступени вели туда и там заканчивались. Девушка оглянулась на оскалившийся вход в тоннель, затем перевела взгляд на сияние меди наверху.
«Тоннель продолжается там…»
Она представила себе, как длинную медную трубу рвет пополам катаклизм, который рассек эту землю, взметнув ввысь черные скалы. Но вот туман снова сомкнулся, застилая открывшееся на мгновение зрелище. Казалось, темнота вокруг сгустилась еще больше.
Продолжив путь, беглецы обнаружили, что наваленные вроде бы в беспорядке валуны на самом деле являются домами с крошечными прорезанными окошками. Каменные выступы на крышах были печными трубами. Никс также обратила внимание на черные зевы пещер на разной высоте, говорящие о том, что здешние жители вгрызались не только в разбросанные внизу камни, но и в сами скалы.
Место казалось безлюдным. Никс рассудила, что именно здесь, должно быть, собирались кефра’кай перед ритуалом Петрин-тол. Она представила себе родственников, которые укрывались в каменных домах, собравшись вокруг очагов, и молились богам за благополучное возвращение своих близких.
Ступени начинались у скопления домов-валунов и поднимались по отвесной скале.
Шан подвела всех к арке из каменных блоков, обрамляющей начало ступеней. Две наклоненные ноги арки в полном равновесии опирались друг на друга, образуя остроконечный верх.
Шийя попыталась было идти дальше, но Райф остановил ее, прикоснувшись к руке. Бронзовая женщина повиновалась ему; а может быть, она поняла, что ей нужно собраться с силами перед тем, как начать долгий подъем.
Шан встала под аркой.
– Мы туда явно не пойдем, – наклонившись к Никс, снова выразил свое беспокойство Джейс.
Его слова не укрылись от Шан.
– Нет. – Пристально посмотрев прислужнику в лицо, старуха обвела взглядом остальных. – Подняться по этим священным ступеням – это верная смерть. Лишь те, кто обладает даром обуздывающего пения, могут надеяться на возвращение.
– Хвала Матери Снизу… – облегченно вздохнул Джейс.
Канте обрадовался не меньше его.
– В таком случае мы в ожидании можем устроиться здесь. И постараться подать сигнал «Пустельге». – Он снял с плеча лук. – Будем надеяться, что взгляды легиона по-прежнему прикованы к Торжищу и не обращаются в эту сторону.
Никс тронула принца за руку, предлагая помолчать.
