- Если сейчас Солнце обвалится, и на его месте будет зиять черная дыра - я уже не удивлюсь. - Кетка сглотнула. - Чем теперь детишек-то непослушных пугать? А может быть, мы просто спим? Ну, вот такой сон у нас, один на всех, веселый? Ай, ты чего?
Кетка дернулась от болезненного укола в брюшко - и где только Понит шип этот успела раздобыть.
- Не разводи тут массовую галлюцинацию. Может быть, ты все-таки примешь успокоительный сбор - не нравится мне амплитуда активности в твоих нервных узлах.
- Понит, еще раз так сделаешь, - Кетка потирала место укола - и я на пару минут забуду все хорошее, что ты для меня учудила, после чего со спокойной совестью отшлепаю тебя.
- Предлагаю всем утихомириться, - Розанна частенько становилась миротворцем между огненной натурой Кетки и холодной рассудительностью Понит. - Если матушка Браудли действительно мертва, нам нужно в этом убедиться и попробовать разобраться.
- Правильно, мало нам своих-то проблем, - начала свою привычную песню в таких случаях Кетка, - давайте еще и сюда влезем.
И Розанна и Понит слишком хорошо знали свою подругу, и понимали, что таким образом она всего лишь старается немного разрядить обстановку. Если бы Кетка была одна, она уже давно бы исследовала жилище паучихи, все выяснила бы и не исключено, что нашла и наказала бы виновных. Но сейчас рядом с ней были ее подруги, а в их присутствии она не могла действовать только на инстинктах. Давным-давно она самолично взяла на себя ответственность за их безопасность и оберегала, как могла. Все их безумные вылазки только сторонним наблюдателям могли показаться импульсивными и бесшабашными авантюрами. Да, чаще всего это были именно авантюры, но тщательно продуманные и до нюансов просчитанные.
Вот и сейчас Кетка ворчанием и бессмысленной болтовней давала себе время на обдумывание и просчет всех возможных разветвлений будущих событий.
- Думаешь, это может быть ловушкой? - спросила Розанна.
- Вряд ли, - протянула Кетка. - Здесь никого не было дней пять.
- Шесть, - поправила Понит. - И фон здесь не потревожен, значит, последние выплески чужих эмоций были тоже не менее шести дней назад.
- Да, улавливаются остаточные выплески со слепка самой Браудли, почти неощутимые, - Розанна повернулась к Кетке. - Что скажешь?
- Скажу, что мы все в любом случае должны выяснить все, что можем, раз уж мы здесь. Да и лобызания никто не отменял - так что, сама понимаешь, Браудли мы найдем в любом случае.
Розанна усмехнулась - об этой странной особенности Кетки знали только они, и каждый раз до хрипоты спорили, что это может быть и откуда это могло взяться. Все обещания, даваемые Кеткой, она с маниакальной упорностью исполняла. Но вот только это не всегда были клятвы или обеты - часто Кетка что-то заявляла в шутку, а потом жизнь обязательно преподносила возможность выполнить обещанное. Куда только не приводили ее все эти "хохмы", какие только события на закручивались, но итог был одинаков - Кетка держала любое сказанное ей слово. И не важно, в каком состоянии, и с каким намерением было произнесена фраза - пошутить или пригрозить.
Розанна утверждала, что то, что не должно быть исполнено, просто не появится в головки Кетки, а все, что появляется - это особый Дар предвидеть будущее и управлять его нитями. Есть же в их семье Видящая, а у Кетки это проявляется вот таким вот образом. Кетка была категорически не согласна с этой точкой зрения, и утверждала, что она просто дотошная, безголовая, принципиальная и упертая до кретинизма особь. А Понит принимала происходящее, как данность и настаивала на том, что это просто совпадения. Каждая оставалась при своем мнении, но это не меняло действительности. Поэтому в том, что Кетка рано или поздно поцелует матушку Браудли, никто из них троих не сомневался, просто уверенность в этом у каждой базировалась на своей теории.
Будущая королева и две ее спутницы пролетели над тем, что когда-то было неприступной и устрашающей преградой. Ловко маневрируя между провисшими паутинами, время которых неожиданно истекло, бабочки продвигались вглубь владений матушки Браудли. Они заметили ее не сразу, потому что узнать в крючковатом комочке некогда наводящую ужас необъятную паучиху было невозможно. Она, точнее то, что о нее осталось, примостилась на краю одной из своих паутин, и только обрывки другой паутины, обмотавшиеся вокруг скукоженных конечностей, не давали свалиться вниз почти высохшей облочке.
- О, Солнце! - шепотом пробормотала Понит, первая приблизившаяся к той, кто носила имя Браудли. - Что здесь произошло? Взгляните, ни одного повреждения - такое ощущение, что внутри нее образовалась черная дыра, которая просто вобрала в себя все, оставив только наружный покров.
- Что случилось, то случилось. Я сначала выполню обещанное, а потом будем разбираться со всем этим.
