«Но Самсон сказал: теперь я буду прав пред Филистимлянами, если сделаю им зло. И пошел Самсон, и поймал триста лисиц, и взял факелы, и связал хвост с хвостом, и привязал по факелу между двумя хвостами. И зажёг факелы, и пустил их на жатву Филистимскую, и выжег и копны, и несжатый хлеб, и виноградные сады и масличные» (Суд. 15. 3— 5)
К сожалению, Библия не приводит никаких подробностей этого великого подвига. Не сказано, сколько месяцев или лет понадобилось Самсону, чтобы собрать в кучу такое неимоверно — библейское количество лисиц. Неясно, что делали двести девяносто девять лисиц, пока Самсон бегал за трёхсотой. Непонятно, по сколько лисиц было в одной связке.
Трудно понять, каким образом лисицы могли поджечь масличные и виноградные деревья. Именно деревья, потому что написано: «виноградные сады». И ещё одно непонятно: куда смотрели палестинское общество охраны животных и общество охраны окружающей среды? Неужели Самсон не мог обойтись без лисиц? Ведь гораздо легче и проще было бы построить аэроплан, и побросать факелы сверху на вражеские поля и города. Это выглядело бы и более эффектно, и было гораздо более правдоподобно.
И ещё одно невозможно уразуметь. Отчего Господь Сам не сжёг поля филистимлян, если эти язычники были такими нехорошими?
В отместку филистимляне отняли его жену у второго мужа, и сожгли дом тестя вместе с хозяином и двумя дочерьми. Если бы они ограничились только этим, Самсон сказал бы им спасибо. Но филистимляне усилили гонения на иудеев. Иудеи посовещались, и решили выдать врагам героя — судью, связанного по рукам и ногам. Три тысячи человек пришли, чтобы связать верёвками древнееврейского Гудини. Но, конечно же, у них ничего не вышло. Самсон легко избавился от пут.
«Пришёл однажды Самсон в Газу и, увидев там блудницу, вошёл к ней. В полночь же, встав, схватил двери городских ворот с обоими косяками, поднял их вместе с запором, положил на плечи свои и отнёс их на вершину горы». (Суд. 16. 1— 3)
Как говорится: сила есть, ума не надо. При таком избытке сил Самсон должен был войти к дюжине блудниц, чтобы утром не мог делать пакости. Вы не знаете, чем провинились перед ним городские ворота?
Вандал потому и называется вандалом, что разрушает, не задумываясь, ради разрушения.
Самсон совершил ещё много славных подвигов. За что сильно ненавидели его филистимляне. И всё время пытались уловить его, и расправиться с ним. Двадцать лет Самсон был судьёю, и судил народ Израиля, руководствуясь разумом и понятием о справедливости. Вернее, или тем, или другим.
Когда ему надоела судейская мантия, он решил вторично жениться. Его первая жена, сильно подвела его, выпытав у него маленькую тайну. Но Самсон имел и большую тайну, которую ему тоже не терпелось кому — то открыть. Поэтому он снова начал искать филистимлянку. Обойдя несколько публичных домов, Самсон остановил свой выбор на красавице Далиде. Согласно другим источникам, её звали Далила, но это ничего не меняет.
Библия пишет, что Господь свёл Самсона с филистимлянкой, потому что решил отомстить угнетателям евреев. «Господь ищет случая отомстить филистимлянам». (Суд. 14.4). Но разве Господь должен
искать случай? Разве этот случай не всегда у него под рукой? Если он решил отомстить, что Ему может помешать? Или Он боится осуждения соседей?
Женившись на Далиде, Самсон с первого дня показал ей свою силу. Эта сила заключалась в волосах. Но она об этом не догадывалась. И не могла ничем помочь друзьям — филистимлянам. Далида подкатывалась к нашему герою то с одной, то с другой стороны, ублажала его и льстила ему, как могла. Но Самсон держался, как партизан на допросе. Впрочем, он и был партизаном в тылу противника. «В чём же твоя сила, любимый мой?» — шептала ему на ухо прелестница. Он отделывался шутками. И она, вроде бы в шутку, связывала его то верёвками, то тетивами от лука, а потом, смеясь, кричала: «Самсон, филистимляне идут!»
Отряд филистимлян, спрятавшись под кроватью, с нетерпением ждал, чем кончатся игры молодожёнов. Но всякий раз Самсон шутя разрывал женские путы.
Так бы и не удалось Далиде выполнить ответственное поручение филистимской партии, если бы её муж случайно не заикнулся о волосах. И она тут же обкорнала его под ноль.
Когда Далила остригла Самсона, «Господь отступился от него» (Суд. 16. 20). Где же та пресловутая Божья справедливость? Волосатых любит больше, чем обритых. Ах да, мы забыли, что Самсону был запрещено остригать волосы. Но ведь он был острижен против своей воли, причём вражеской рукой. Отчего же Бог отступился от него?
По воле Бога, сила покинула героя. Филистимляне пленили его, ослепили и поставили работать на молотилку.
