Вопрос интимности в личных взаимоотношениях может быть чем-то вроде минного поля, потому что чем больше интимность, тем больше вероятность высокой заряженности эмоционального поля. Более того, стороны взаимоотношений имеют очень разные представления об уместном уровне интимности, но эти взгляды редко находят выражение. Блуждание на незнакомом минном поле не рекомендуется.
Если люди ожидают от лидеров больше личной интимности, чем лидеры обеспечивают, на последних будут смотреть как на недружелюбных или высокомерных. Если лидеры стремятся к большей интимности с людьми, чем люди ожидают или хотят, они рискуют прослыть навязчивыми или любопытными.
Эта ситуация становится часто особо щепетильной, когда дело доходит до личной дружбы между церковным лидером и обыкновенным членом церкви.
От тех, кто не допущен до такой интимности, но кто хотел бы этого, часто слышатся обвинения в создании «замкнутого круга» или «элиты», чьи точки зрения получают предпочтение, и так далее. Ревность и зависть процветают.
Поэтому лидерам часто рекомендуют не иметь личных друзей среди своей паствы, потому что такая дружба вызывает проблемы. В результате — большое одиночество среди христианских лидеров, которое часто является главным причинным фактором в падении и истощении лидеров. Я боюсь, что некоторые из них почти потеряли способность дружить, так что они не могут быть друзьями даже с другими лидерами. А если лидеры не знают, как быть друзьями, как они могут быть образцом таких взаимоотношений для своих людей? Как можно вырастить церковь друзей с лидерами, у которых и близко нет друзей? Лидерам не нужно впадать ни в ту, ни в другую проблему. Тонкие принципы исправления взаимоотношений между лидерами и их людьми необходимо устанавливать и отчетливо преподавать, пока их естественно не примут как норму. И такие принципы известны. Например, правила первой моравианской общины в Герренгуте, основанной графом Зинзендорфом в 1722 г., ясно устанавливали, что пресвитеры общины могли иметь личных друзей, никто не должен был волноваться, если он видел, что другие более близки к пресвитерам, чем они. Такому прекрасному здравомыслию нужно поучиться многим церквам и церковным организациям сегодня.
Конечно, необходимо, чтобы мы очень чётко различали дружбу и фаворитизм. Так как я занимаю особое положение по отношению к одному из лидеров как его или её личный друг, это не значит, что у меня есть привилегии по сравнению с другими в каком-то другом аспекте жизни общины. Лидеры должны остерегаться этого ради дружбы и ради общины. Когда появляется свободное место или ответственная должность, друзья не должны его получать, и не должно казаться, что они получают предпочтение перед другими.
Это не является недостижимым идеалом. Это может работать очень успешно, очень естественно и, конечно, гораздо легче в контексте совместного лидерства.
Необходимо понять ещё один аспект. Интимность является конечным результатом целого набора факторов, включая совместимость темпераментов, общие цели, общие интересы и взаимную привлекательность. Это значит, что мы не можем быть одинаково близки со всеми, того же мы не можем ожидать и от других. Даже у Иисуса было две группы учеников, семьдесят и двенадцать. Он был гораздо более близок с двенадцатью, чем с семидесятые. И среди двенадцати были трое, Петр, Иаков и Иоанн, с которыми Он был особенно близок. Он брал их туда, куда не приходили другие. И из трёх Иоанн, ученик, который «возлежал на груди Иисуса», занимал особое место.
В некоторых церквах, особенно в тех, которые пережили обновление, близость и посвящение часто путаются, как будто посвящение возможно только по отношению к тем, с кем мы очень близки. Поэтому моделируются только два типа взаимоотношений, очень близкий, интимный тип (посвященный) и отдалённый, не включающий эмоции тип (непосвящённый). Это опасная ошибка. Я знаю это, потому что я это испытал: можно иметь глубоко посвящённые взаимоотношения с людьми без высокого уровня интимности, и эти взаимоотношения будут значимыми и полноценными.
Иногда именно благодаря дистанции они могут быть более незаинтересованными и объективными, чем те, которые эмоционально ближе. В церкви сегодня есть огромная необходимость и прекрасная возможность сформировать гораздо большее количество значимых, ценных, здоровых и благословляющих взаимоотношений, чем мы сформировали до сих пор.
Мы также сталкиваемся с вопросом масштаба, то есть сколько моей жизни должно быть вовлечено в данные взаимоотношения. Как и с интимностью, проблемы случаются тогда, когда у разных сторон взаимоотношений есть разные понимания и ожидание, но они никогда не высказываются.
