Апрель 1961 года. Американцы неудачно вторгаются на Кубу, теряя полторы тысячи солдат убитыми и пленными (подробности у Де Ниро в фильме «Ложное искушение»).
Август 1961 года. Русские обносят Западный Берлин ста километрами бетона (подробности у Беккера в фильме «Гудбай, Ленин!»).
Декабрь 1961 года. Американцы перебрасывают во Вьетнам первую вертолетную роту (подробности в сотнях фильмов о вьетнамской войне).
«Когда нависает угроза всеобщей гибели, дискуссия о правоте любой из сторон теряет какой бы то ни было смысл. Единственное, о чем еще стоит говорить на пороге ультимативной катастрофы, – это проблема ее недопущения; поэтому всякая «правота» с традиционных позиций «добра» или «зла» превращается в беспредметную пустоту», – пишет Станислав Лем в те годы, когда совокупная мощь ядерных арсеналов сравнялась с миллионом бомб, сброшенных на Хиросиму.
Вот из какого ада вылетает Юрий Гагарин 12 апреля 1961 года, и вот куда он возвращается спустя ровно 108 минут.
Во Внуково у него развязался шнурок, но на самой первой пленке этого не видно. «Человек вернулся из космоса» – грубая агитка. Идеального Гагарина снимают строго выше щиколотки и называют «питомцем партии». Герой забавно акает и тщательно произносит все должности Хрущева, тот сияет улыбкой и лысиной. Закадровый голос подсказывает правильные чувства: «Не так ли и вы вместе с Никитой Сергеевичем обнимали героя?»
Именно так. Но без подсказок. Восторг искренний.
«Честь и хвала ему! От русского народа, от немецкого, от какого угодно!» Надрывается безымянная старушка. Хочется верить, что не подставная.
И это не только Советский Союз. Весь мир фанатеет.
«Георгием Великим» величает Гагарина газета Daily Express. Конкуренты из Daily Mirror сравнивают его с Христом.
«Его зовут Юрий Алексеевич Гагарин. Он сын плотника. Сегодня – в то время как мир лежит у его ног – он шагает по Земле, как величайший, храбрейший первопроходец в истории. Юрий Гагарин как будто сошел со страниц научно-фантастического романа. Молодой. Статный. Даже его имя – оно произносится Га-га-рин с ударением на последнем слоге – означает Дикая утка».
Перепутали ударение, бывает. В остальном статья восторженней, чем о коронации Елизаветы.
«Невозможно бродить сегодня по серым улицам Лондона с теми же чувствами, что и вчера, когда мир оставался еще старой привычной планетой, – пишет Джеймс Олдридж. – Мир стал иным с того момента, как Юрий Гагарин вышел на орбиту и облетел вокруг земного шара».
В день полета чехи пишут песню «Добрый день, майор Гагарин» – и уже три дня спустя исполняют ее в прямом эфире.
Сочиняли в спешке. Но это первая песня. Дальше будут сотни.
Той славной весной, за два года до «битлов» и за три до «роллингов», майор Юрий Гагарин становится первой мировой суперзвездой.
Американцы ликуют чуть меньше. Все же проиграли гонку: их Алан Шепард летит в космос лишь тремя неделями позже – и лишь на пять минут.
«США в военном отношении по-прежнему сильнейшая держава мира, – пишет колумнист The New York Times. – Во многих аспектах космической гонки мы по-прежнему лидируем. Но мир, впечатленный советским полетом, уверен, что мы проигрываем и в войне, и в технологиях».
Космонавты не бывают подонками. В отличие от политиков.
Никто не слышал, чтобы космонавт тронулся. В отличие от ученых.
Чрезмерная гибкость хребта им не свойственна. Не то что артистам.
Даже в наше время космонавты неплохо держатся. Да, некоторые вступили в «Единую Россию», ну так и Гагарин состоял в КПСС.
И не зря какой-то банк использует в рекламном спаме образ Алексея Леонова: этому старикану с фото как-то веришь, даже если не знать, что он первым вышел в открытый космос.
Потому что он классный. Все космонавты классные.
Когда Королев отбирал людей в первый полет, собственно летные качества его не волновали. Королев смотрел на здоровье и на характер. Рост до 170, вес до 70, возраст до 30, быстрая реакция, способность к стратосферной адаптации и отдельный пункт – психическая уравновешенность. На выходе – взвод спокойных, веселых, уверенных, симпатичных коротышек с железными нервами и мышцами.
Гагарина любили бы просто за то, что он первый. Но он оказался еще и славным парнем. Не мог не оказаться: это был итог селекции.
Холодная война – война имиджей тоже, Советский Союз нуждается в славных парнях и девчатах. Самойлова покоряет Канны, но этого мало, а гениальные шахматисты и физики не годятся в звезды.
Гагарин (пишут таблоиды) становится секретным оружием Советов.
