Библиотечный шпион полностью

– Чтобы вас… не приняли… за… – Пегги приподняла брови, приглашая закончить фразу, – …проститутку, – шепотом закончила Ава, перед этим оглянувшись и убедившись, что никто ее не услышит.

К ее огромному удивлению, Пегги разразилась хохотом.

– Дайте угадаю – вы читали руководство УСС по поведению в Лиссабоне?

Ава гордо выпрямилась.

– Конечно.

– Ну, с тех пор как написали это пуританское руководство, многое изменилось. – Все еще посмеиваясь, Пегги взмахнула рукой, приглашая Аву следовать за собой. – Поехали, вам надо обустроиться на новом месте.

До площади Росиу они добрались за несколько минут: идти пешком вроде бы далеко, а на машине – бессмысленно близко. Пегги не гнала, как мистер Симс, поэтому у Авы появилась возможность рассмотреть выложенные на тротуарах и площадях узоры, которые назывались calçada, – традиция, которая, по слухам, восходила еще к Месопотамии. Блоки из известняка и базальта могли складываться в определенную картину или были просто разбросаны в хаотичной мозаике. Но Ава, прочитав все, что успела, о Лиссабоне, надеялась увидеть именно площадь Росиу – и не сдержала восхищенного вздоха, когда впереди показались черно-белые волны вулканической и осадочной пород.

– Площадь Росиу, – подтвердила Пегги, указывая на изгибы узора и статую короля Педро VI, возвышавшуюся в центре. – Не знаю, как они называют эту мостовую, но выглядит чудесно, правда?

– Mar Lago, – ответила Ава. – Открытое море.

Пегги сложила губы бантиком, задумавшись.

– Подходящее название. Но имей в виду, намокнув, они становятся скользкими, как мыло. А откуда ты вообще знаешь про это море?

– Я же библиотекарь, – гордо объяснила Ава. – Люблю узнавать новое.

– Ты однозначно создана для этой работы. И не вздумай слушать мистера Симса, если он начнет уверять тебя в обратном.

Пегги направила машину в объезд площади, и внимание Авы переключилось с calçada на толпы людей. Столики и стулья усыпали тротуары перед многочисленными кафе так плотно, что временами невозможно было понять, где проходит граница между разными заведениями.

Согласно тому, что Ава узнала из инструкции УСС и различных книг, португалки не являлись завсегдатаями кафе. Однако десятки женщин сидели в непринужденных позах на деревянных и металлических стульях и курили, элегантно выдыхая клубы дыма. Ни на одной не было чулок, перчаток и уж тем более шляп.

– С появлением беженцев здесь многое изменилось, – обронила Пегги, сворачивая на улицу под названием Руа-де-Санта-Жушта и останавливая машину. – Пусть тебя не обманывает их беспечность – они в отчаянном положении, и поэтому им наплевать на чулки и шляпы. Они катаются на бесконечной адской карусели виз на въезд, на выезд и бог знает каких еще виз, и им нужно как-то убивать время.

– И те люди перед посольством тоже, – мгновенно посерьезнела Ава, вспомнив недавно увиденную очередь.

– Точно. – Пегги тоже нахмурилась. – И даже если им повезет получить визу, нужно еще купить билет на пароход – а он может и не прийти, и тогда это безумие начнется по новой. Ты сама увидишь.

Она выскользнула их машины, взяла один из чемоданов (Ава предусмотрительно схватила тот, что тяжелее), и они поднялись на один пролет лестницы, остановившись у двери с номером сто один. Пегги вынула связку ключей и открыла замок.

– Места маловато, но у других и этого нет – отели и частный сектор забиты под завязку. Тебе повезло – эта квартира освободилась прямо перед твоим приездом.

Ава переступила порог и обнаружила единственную, довольно узкую комнату, которая служила гостиной, кухней и столовой одновременно. Дверь с одной стороны вела в спальню, а еще одна – в собственную ванную, и с такой роскошью Ава сталкивалась впервые.

– Чудесная квартира, – сказала она, опуская чемодан на пол. – Я из Вашингтона, так что для меня это просто дворец.

– Тогда добро пожаловать! – Пегги вручила ей ключи и толстый конверт. – Здесь эскудо, местная валюта, довольно приличная сумма. Сегодня отдыхай, а завтра с утра раздобудь как можно больше прессы – газетный киоск располагается дальше по улице. К полудню за тобой кто-нибудь заедет, чтобы отвезти в посольство.

Ава взяла конверт.

– И это все мои обязанности? Покупать газеты?

Пегги пожала плечами и направилась к выходу.

– Ты разберешься. Я же говорю – ты создана для этой работы.

Дверь в квартиру захлопнулась, и Ава осталась наедине с чемоданами и ощущением крайней изможденности.

В Вашингтоне она была на своем месте, она могла назвать автора любой картины и скульптуры в библиотеке, она знала историю каждой половицы, каждой трещинки в потолке. Она изучила как свои пять пальцев и каталог, и своих коллег, и этикет, обязательный к соблюдению в приглушенном великолепии залов. К встрече с Лиссабоном она готовилась как студент, очнувшийся за неделю до экзаменов, у нее не было времени выучить язык, а то, что она узнала о местной культуре, оказалось неправдой.

Все считали, что она рождена для этой работы, – кроме нее самой.