– Я совсем не хотел тебя обидеть, Эван, – начал папа. – Я не поджигал библиотеку, но многие до сих пор думают, что это я. Я был там в тот вечер. И меня допрашивали полицейские несколько раз. Не люблю об этом вспоминать. Наверное, я надеялся, что ты ничего про это не услышишь. Глупо, конечно. – Он слегка улыбнулся. – Прости. Я должен был сам тебе все рассказать.
Эван молча ждал. Первое правило для сидящих на камне истины было такое: «не врать». Второе – «не перебивать».
Но у отца, похоже, кончились слова. Тогда Эван сказал:
– В газете написано, что пожар начался в подвальном помещении. Кто-то зажег спичку и поднес к книге.
Папа замотал головой.
– Я такого ни за что бы не сделал. Никогда. Но, кроме меня, там никого не было.
– Ты это точно знаешь? Что больше никого не было?
Папа кивнул.
– Да. Но я не зажигал никаких спичек. Я же говорю, меня допрашивали. И об этом узнали в городе, – он надолго замолчал.
– В статье сказано, что в подвале работал стажер, – уточнил Эван. – Это ты был стажером?
– Да. Когда мама умерла… В библиотеке мне становилось легче. Там было так спокойно – как будто со мной не может случиться ничего плохого. Потом мне исполнилось четырнадцать, и заведующая библиотекой спросила, не хочу ли я подрабатывать у них после уроков. Я просто поверить не мог: получать деньги за то, чтобы ходить в библиотеку? Конечно, я согласился. Заведующую звали Милдред Скоггин. Она была очень хорошая женщина, но строгая. Всегда на кого-то покрикивала – на меня или на свою помощницу.
Так вот, однажды она меня за что-то отругала и отправила в подвал сортировать книги, которые сдали в тот день. Я должен был проставить отметки в карточках, сложить книги на тележку, а потом вернуть их на нужные полки.
Конечно, неприятно было, что на меня кричат при всех. Но я же говорю: миссис Скоггин была нашей начальницей и всегда так делала. А полицейские к этому прицепились. Все время спрашивали, сильно ли я обиделся. А я им твердил: нет, она всегда была такая. Эл – это ее помощница – говорила, что миссис Скоггин раздает Замечания и Напоминания. Мы часто про это шутили. Так что все было как обычно. Как в любой другой день.
– Только это был не любой другой день, – сказал Эван.
– Нет. Это был день, когда библиотека сгорела дотла.
– А она… она погибла? Миссис Скоггин.
Папа на секунду замялся, но все же ответил:
– Да. Милдред Скоггин умерла от удушья. Из-за дыма.
– А ты выбрался.
Папа кивнул.
– Эл меня спасла. Вытащила на улицу через подвальную дверь. Но многие до сих пор думают, что я поджигатель.
Эвана захлестнула злость.
– А зачем ты позволил им так думать?
У папы стало грустное лицо.
– Я им ничего не «позволял». Я все время говорил, что ни в чем не виноват. Но как я мог это доказать, если сам не знал, что случилось по правде? И до сих пор не знаю.
– Я тебе верю, пап. Я знаю, что ты ничего не поджигал. Точно знаю. – Эван утер слезы бессильной злости. Пожалуй, самые горькие слезы на свете.
Папа крепко обнял его, и они немножко посидели, прижавшись друг к другу. В голове у Эвана стучало: «Это Х. Г. Хиггинс. Он был там в тот день».
Книга, старый снимок, ключи, домик на дереве – все указывало на Хиггинса.
– Пап. У меня есть подозреваемый.
Отец удивленно поднял голову.
– Что у тебя есть?
– Человек, который был в библиотеке в тот день. У меня есть его книга, а еще я нашел ключи и знаю, когда-то он жил у нас в городе. Его зовут Х. Г. Хиггинс, папа. Он знаменитый писатель, но вся его жизнь – сплошная тайна.
– Эван…
– Надо рассказать полиции! Или пожарным. Ведь еще не слишком поздно, правда? Тогда все узнают, что ошибались насчет тебя. Это же очень важно, папа! Там люди погибли!
– Подожди, сынок. Ты считаешь, что писатель Х. Г. Хиггинс поджег нашу библиотеку?
– Да!
– Но почему ты так решил?
– В тот день он сдал книгу. Эта книга у меня! Он был в библиотеке!
– Ну, допустим, был. И что? В тот день книги сдали еще человек пятьдесят.
– Но в той книге была фотография! Ее сняли у окна в домике на дереве.
Отец посмотрел на сына.
– Можно взглянуть?
Эван расстегнул рюкзак и выхватил снимок из книги.
– Вот! Это, наверное, он! А его ключи лежали на пустыре, где была библиотека. Один из ключей подошел к замку на двери домика.
Папа повертел снимок в руках.
– Это не Х. Г. Хиггинс. Это очень неудачная фотография твоего учителя, мистера О’Нила. Точнее, его глаза. Я сам снял его на «Полароид», когда мы были еще школьниками.
– Что?
– Все, что ты говоришь, доказывает, что Х. Г. Хиггинс бывал в нашем городе. Возможно, он взял в библиотеке эту книгу. Возможно, залез в домик на дереве – чего тебе, между прочим, никто не разрешал. Но почему ты думаешь, что он поджег библиотеку?
По правде сказать, Эван не знал. Ему просто не хотелось, чтобы поджигателем оказался кто-то из жителей Мартинвилла. Лучше бы преступником был кто-то посторонний.
– Мотив я пока не установил, – признался он. – Но обязательно выясню. Для начала надо найти этого Хиггинса.
