– Погоди, – Лёха попытался привстать. – Нет у тебя никакого рака. Я тогда врача попросил тебе это сказать. Он не хотел. Отказывался. Говорил, что так нельзя. Но я столько денег ему дал, что Гиппократ в гробу глаза закрыл на этот случай. Я хотел, чтобы ты жить начал. Ведь мы же не живём, пока нас петух в задницу не клюнет. Существуем. И мой план сработал.
– Как? – Сергей не мог поверить.
– А вот так. Час приближающейся расплаты тебя жить заставил. Ты стал ценить время и жизнь. Ты понял, насколько нам мало, может быть, времени отведено на всё. На всё, чтобы успеть сделать, а не проспать. Вот у тебя Светка, Даша, и у тебя теперь есть ещё время. Я тебе подарил его. Живи для них. Для жены, для дочери, а там, может, ещё кто у вас будет. Для людей. Посмотри на меня. Я умираю. У меня всё в жизни было, но ничего действительно стоящего. Ни жены, ни семьи, ни детей. Мне даже умирать не для кого…
Сергей ехал обратно и не мог поверить. Вдруг у него появилась целая жизнь впереди. Если бы не Лёха, где бы он был? Рискнул бы он когда-нибудь всё так повернуть в своей жизни?
Ответа Сергей не знал. Но он знал теперь точно, что жизнь – она только сейчас. Не завтра, не потом. Всегда только сейчас.
В делах, которые навалились на Петрова в последние дни, он совсем забыл про Марину. Так получилось, что они никак не пересекались. Ещё это откровение Виктора не давало покоя. Петров чувствовал какой-то очередной подвох с его стороны. История с книгой могла быть и спланированной. Тем более что за эти дни он так и не дал о себе знать. И на этой стороне он не появлялся. Петров бы обязательно узнал, если бы тот перешёл к ним. Но, может, оно и к лучшему, рассуждал Петров. Нет тела – нет дела. О Марине Петров спохватился, когда в один из дней возвращался из конторы. Дед Боря сидел возле подъезда на лавочке.
– Добрый вечер, – поздоровался Петров.
– И тебе не хворать, – протянул руку старик. – Катька вот только с того случая приболела. В школу не ходит.
Петров настолько погрузился в эти дни в работу, что даже про Катю забыл.
– Что с ней?
– Да в целом-то всё в порядке. Разве что замкнулась в себе. Нет того огня, – пояснил дед Боря. – Родители прямо не знают, что делать. Мать с ней целый день дома сидит. Не отходит. Зашёл бы ты к ним.
– Ну ещё бы. Такой стресс пережить. Отойдёт.
Но надо бы зайти. Проведать, – согласился Петров.
– А подруга твоя где?
– Какая? – не сразу понял Петров.
– Жиличка наша новая. Марина.
И тут Петров сообразил, что он вот уже несколько дней даже не вспоминал и о ней. Если ещё меньше недели назад думал о встречах с ней, то теперь как будто вычеркнул. Стёр из памяти.
– Я не видел её уже несколько дней. Может, на работу куда устроилась? Но очень странно, – Петров задумался. – Надо бы тоже зайти.
– Так пошли, – дед Боря встал. – Я как раз домой собирался. Чего тянуть-то? И к Кате заглянем, пока не поздно.
Дверь не открывали. Петров несколько раз настойчиво давил кнопку звонка, но с той стороны не раздавалось ни одного звука в ответ. Дед Боря даже постучал кулаком в дверь для порядка. Эффект тот же.
– Может, на работе? – снова предположил Петров. – Возвращается поздно, вот и не пересекаемся.
– Ну может, – согласился дед Боря. – Пошли к Кате тогда.
В квартиру Кати долго звонить не пришлось. Лена открыла дверь сразу.
– Я думала, Сергей пришёл. Но проходите, – посторонилась она, пропуская гостей.
Петров с дедом Борей прошли в комнату, где за письменным столом сидела Катя и что-то рисовала в альбоме. На появление гостей в комнате она никак не отреагировала, что было уже очень странно. Обычно она бросалась Петрову на шею, не успев тот переступить порог квартиры. А тут абсолютное игнорирование.
– Вот, – Лена взяла несколько изрисованных листов и протянула их Петрову. – Только это и рисует. Больше ничего не делает. Обедать как на автомате ходит. На улицу не вытащишь.
Петров взял листы. На каждом был изображён лес и две девочки. Обычные девочки. Петров бы ещё понял, что Катю беспокоит то, что она на самом деле в лесу увидела, но никаких химер и прочих кошмаров на рисунках не было.
– Вы звонили кому-нибудь, – Петров посмотрел на Лену. – Я просто не знаю. Есть здесь какие-то врачи?
Поликлиники?
– Ты же знаешь, что тут никто не болеет, – напомнила она Петрову. – И вообще ничего не происходит, о чём стоило бы беспокоиться. До недавнего времени, – добавила она. – Я пытаюсь её как-то отвлечь, разговорить. В школу же ходить надо. Она так ждала этого учебного года, а тут как будто потухла. Ничего не интересно, кроме рисунков.
Петров подошёл к столу и присел возле девочки. Та никак не обратила на него внимания.
– Эй, – он осторожно коснулся своей рукой её руки. – Это же я. Петров.