– Ты просто этот, ангел-искуситель! Вот! – Стёпка смеётся. – А давай на неделе возьмём их и в кино сходим!
Я быстро проглатываю комок горечи в горле и говорю:
– А почему бы и нет. Что там сейчас идёт?
– Там
– Керри – это хорошо, – киваю, а вдалеке маячит оградка Стёпкиного дома.
А вдруг завтра мы с Андрюшкой проснёмся в двадцать четвёртом, а Стёпка останется здесь? Этот вариант кажется мне самым правильным. И больше я его не увижу.
– А может, всё же, поговорим с тобой? – предлагаю.
– Нет, Тёмка, всё завтра. Давай завтра.
– Ну блин… кто знает, что нас ждёт завтра, – хмурюсь, а Стёпка берёт и отвечает этой своей коронной фразой:
– Завтра по любому будет лучше.
Я даже чуток вздрагиваю, и предоставляю судьбе писать наши жизни.
– Хорошо, – пожимаю плечами. – Завтра так завтра. Завтра по любому будет лучше.
Останавливаемся на углу дома Герундовых, и Стёпка смотрит на меня. Таким влюблённым я его ещё не видел, и, может, никогда больше не увижу.
– Завтра меня не щади, звони как проснёшься, – говорит Стёпка.
– Будет сделано, Альберт Вескер! – чеканю.
– Да кто этот твой Альберт? – хмурится друг.
– О, это пафоснуй ублюдок и гламурный поддонок, обязательно загугли.
– Обязательно, – подмигивает Стёпка. – Значит, до завтра.
– До завтра, – киваю и начинаю отступать. – Завтра точно будет лучше. Завтра позвоню…
Я даже не дожидаюсь ответа, оборачиваюсь и быстро перехожу пролёт между домами. Не хочу, чтобы Стёпка видел моих слёз, которые потекли по лицу сразу, как я обернулся.
Клевер!
Перед глазами вспыхнул ярко оранжевый трёхлистный клевер на боку ГАЗели компании
Своей нерешительностью я могу разрушить не только чью-то жизнь, но и жизнь Вселенной. Теперь я никогда не поверю, что супергероем быть легко.
Хоть до моего дома и идти пару минут – вскакиваю на велосипед и несусь. Вон изгородь, и на ней уже сидит Андрюшка, который не так давно бегал по ней голышом и смеялся над прохожими.
Он уже видит меня и спрыгивает на асфальт. Несётся ко мне навстречу.
– Где ты был? – почти истерическим голосом говорит он. – Ты обещал уже к восьми вернуть меня домой.
– Да-да, – спрыгиваю с велосипеда и отшвыриваю его в сторону. – А сколько сейчас? – достаю телефон из кармана и включаю.
– Семь! – кричит Андрей.
Он почти прав. Пять минут восьмого.
– Дверь в
– Сорок!
– Почему сорок? – спрашиваю.
– Потому что мы как-то за курицей с мамой заезжали ближе к восьми, а нас не пустили. Дядька на дверях сказал, что уже осталось пятнадцать минут до закрытия и никого не пускают.
– Успеем! – Я хлопаю братишку по плечу и тащу за собой. Мы рысцой несёмся к супермаркету.
Назад в свою нормальную жизнь.
Назад в будущее.
– Ты мне сегодня расскажешь, как спасал меня? – спрашивает Андрюшка, но я не здесь, я в мыслях о Стёпке. Последняя улыбка друга не выходит из головы.
– Расскажу, – киваю. – Сначала мы должны будем с тобой придумать общую историю для родителей. Потому что в путешествия по времени они вряд ли поверят.
– Давай думать, – шепчет Андрюшка, приостанавливаясь и переходя на медленный шаг. Мимо проносятся трое мальчишек на велосипедах. Одного я, кажется, знаю.
Стёпка! Он не должен оплошать! Он же умный! Ему надо только дать наводку.
– Подумаем потом, мне нужно сделать звонок, – отвечаю и достаю телефон. Набираю номер друга.
– Да, Тёмка, можешь перезвонить позже, я тут картошку накладываю.
На заднем плане слышу голоса тёти Марины и Сергея.
– Стёпка, нет, не могу, – отвечаю. – Послушай меня быстренько.
– Очень быстренько, – весело отвечает друг. – Я стою сейчас с половником в одной руке и тарелкой в другой.
– Слушай, если в твоей жизни вдруг случиться скоро какая-нибудь суперхрень, запомни одно важное слово, которое может тебе помочь:
– Что за суперхрень и что ещё за