— Со страхами нужно работать, а не привыкать к ним. Готов спорить, что тебе и во сне часто снится это состояние.
— Готов он спорить... Одно желание в споре я тебе уже проиграла, — усмехнулась сама над собой, в душе даже радуясь этому проигрышу. Когда бы еще босс вот так на руках меня носил? — Но ты прав, такие кошмары мне действительно снятся.
— Тогда мы поплывем вместе, и я все время буду рядом. Готова?
Я нервно сглотнула, не в силах отвести взгляда от его сияющих глаз, в которых отражалась лунная дорожка. Я могла чувствовать его дыхание на своей коже, силу и уверенность его рук, этот момент казался одновременно смущающим и волшебным.
— С тобой все будет хорошо, — Валерий слегка наклонился ко мне. Каждый его взгляд был полон нежности, и я ощущала, как в моей груди закипает смесь чувств — радости, страха и ожидания.
Мы действительно поплыли, и в этот раз речное дно волновало меня гораздо меньше, чем мужчина, который все время уверенно и бережно держал мою ладонь в своей. Стоило мне только пикнуть от страха, как Валера тут же прижал меня к своей груди, позволив обхватить себя за плечи.
— Я здесь, с тобой, — повторял он, будто волшебную мантру, и ничего приятнее я в жизни не слышала.
По его лицу и шее стекали капли воды, а его прикосновения и тепло вызывали мурашки по всему телу. Сердце отбивало безумный бит.
— Спасибо.
— Пожалуйста, обращайся, — прошептал босс, прижимая меня все ближе к себе. Улыбка погасла, в его взгляде стало совсем мало смеха. — Машенька, Маша…
Его губы, такие манящие и желанные, оказались совсем близко. Он дышал так же часто, как и я, но не торопился, будто ждал разрешения. Я смотрела в его глаза, в которых отражались все звезды ночи, и желание разрасталось с каждым мгновением.
Внутри все еще бушевали сомнения и страх, но я едва заметно кивнула. Закрыла глаза и почувствовала, как его пальцы нежно касаются моей щеки, вызывая трепет. Это прикосновение заставило сердце забраться куда-то в горло и бешено застучать.
— Какая же ты красивая, — прошептал он, и с этими словами приник ближе.
Я вновь открыла глаза, и в ту же секунду губы Валеры коснулись моих. Это было не похоже ни на что другое. Его поцелуй был нежным и осторожным. Волнение накрыло меня с головой, словно теплая волна на фоне холодной реки.
Я почувствовала, как его губы мягко, наслаждаясь каждой секундой, скользят по моим, и в этот момент весь мир вокруг словно замер. Все звуки стихли, и осталась только эта сладкая волна эмоций, которая окутала меня. Касания его губ, ласковые и страстные, разжигали лавину чувств, которые уже давно просились наружу.
Желание обжигало изнутри. Ноги как-то естественно обвили босса за талию, мужские ладони переместились на мои ягодицы.
Я не могла поверить, что это происходит на самом деле, но это происходило. Прикосновения его рук и губ, его жаркое дыхание доводили меня до полнейшего безумия. Это были не просто поцелуи, он проникал в мою душу. И я с радостью отвечала на его нежность, прижималась к нему, льнула всем телом, позволяя страхам рассеяться и уступить место долгожданному счастью.
Ночь, река и звезды стали свидетелями нашего маленького чуда. Но свидетелей оказалось больше, чем нам того хотелось бы.
Из глубины леса раздался резкий крик ворона. Я вздрогнула. Шум крыльев становился все громче, словно призывая к вниманию. На берегу, прямо из темноты, возник Драгомир в своем развевающемся черном плаще. Лицо его было суровым, а глаза блестели, словно два огня в ночи.
— Так вот ты какой, Валера-оборотень, — произнес он, прерывая волшебство момента, и мы с боссом в замешательстве отстранились друг от друга.
Неловкость повисла в воздухе, словно молния в преддверии шторма. Валера моментально закрыл меня собой, его тело стало защитной преградой между мной и навязчивым воеводой.
— Не помню, чтобы мы тебя приглашали в такой час, — бросил Валерий, его голос был полон строгости. Он бесстрашно стоял напротив воеводы, готовый к защите.
— А мне твое приглашение и не требуется. Я обещал присматривать за Машенькой, и вот я здесь, — манерно развел Драгомир руками, явно издеваясь.
Нам бы выбраться из воды, но воевода не торопился покидать берег, будто желал во всей красе с головы до пят оценить новоявленного соперника.
— Так и будешь над душой стоять? Или мужиков голых никогда не видел?
Валерий, возмущенный его бесцеремонностью, вышел из воды в чем мать родила. Одно полотенце он обернул вокруг бедер, во второе, пошире, тут же закутал продрогшую меня.
— Отчего же не видел? Видел, — насмешливо отозвался Драгомир. — Только у меня воины в коннице и те покрепче будут.
— Не все рождены мечами махать. Кому-то и головой работать надо, — не остался в долгу Валерий Дмитрич. Хотя, если включить воображение, я и с мечом в руках вполне могла себе его представить.