"Бикфордов мир" – это очень серьезная и очень грустная сказка, сюжет которой пересказать непросто. Главные ее темы – память и страх. Память о детстве, о прошлой жизни, о разочаровании в реальном мире, боязнь любых перемен, отсутствие желаний, комплекс вины и бессилия перед жизнью. Роман жесток, абсурден и абсолютно логичен. Мы все привязаны к бикфордову шнуру в этом взрывающемся мире и тянем его за собой всю жизнь.…
Город спал чутко. Ему снилась рыба. Огромная и широкая рыба-камбала, за которой и неба не видно. А раз она небо закрывала, значит, желала городу добра. Город давно мечтал о добре. Одностенные дома-инвалиды панически боялись ветра, а домов-инвалидов боялись люди, обходя их за квартал. Высокие «одностенки» напоминали поставленные ребром в высоту костяшки домино. Всем казалось, что если одна такая костяшка рухнет, то и другие одна за другой повалятся, подняв грохот и пыль.
Но ветра не было. «Одностенки» стояли неподвижно.
Город спал.
Ему снилась рыба.
В полтретьего ночи чуткий сон города был потревожен. В одном из полуразрушенных дворов завелся мотор большой черной машины. Потом она включила фары и выехала на улицу. Город призажег одно окно и проводил ее взглядом. Он знал эту машину. Она не желала ему зла.
И город снова заснул.
Машина, урча мотором, остановилась у КПП. Оттуда вышел человек в военной форме, посветил фонариком в кабину, молча кивнул и поднял шлагбаум.
– Кто там проехал? – спросил лежащий на выставленных под стеной стульях напарник.
– Прожекторщики, – дежурный по КПП зевнул и сел за стол, освещенный электролампой, чтобы опять тупо уставиться в открытую посередине книгу. Читать он не мог из-за своего сонного состояния. Он просто выискивал самые короткие и самые длинные по протяженности слова, не читая их.
Не спеша, ощупывая фарами грунтовую дорогу, машина все дальше и дальше отъезжала от города.
В кабине сидели двое.
– Мне кажется, она должна сужаться на востоке! – предположил пассажир, глядя на огонек своей папиросы.
– Не верится… – спокойно ответил шофер, не отвлекаясь от езды.
– Тогда почему дирижабли не поднимаются в воздух?!
Шофер усмехнулся.
Вдруг что-то звякнуло, ударившись о капот.
– Опять! – шофер нажал на тормоза и тяжело вздохнул.
– Ничего удивительного, – безразлично произнес пассажир. – Это только лишнее доказательство.
Они вышли из кабины. Шофер провел пальцем по неглубокой вмятине на капоте и с опаской посмотрел на невидимое черное небо.
– Ну что, поедем дальше?! – то ли спросил, то ли предложил пассажир.
Шофер колебался. Он прикусил в раздумье нижнюю губу и не отвечал. Потом молча залез в кабину и завел мотор.
Пассажир занял свое место, вопросительно глянув на товарища.
– Ладно… – неуверенно промычал тот, и они поехали.
– Жалко, что Горыча шлепнули, – после паузы сказал пассажир и чиркнул спичкой, снова закуривая.
– У тебя «Беломор»? – спросил шофер.
Пассажир протянул папиросу.
– Это мы виноваты, – мрачно сказал шофер после глубокой затяжки. – Не надо было идти у него на поводу. До сих пор бы втроем ездили!
– Да, – кивнул пассажир.
– А ты уверен, что его расстреляли?!
– По законам военного времени… – монотонно процитировал пассажир примелькавшуюся в городских объявлениях фразу.
– Ничего, нас накроют – тоже «по законам военного времени». К Горычу отправимся, – шофер выдохнул папиросный дым и включил дворники.
– Ты чего? – удивился пассажир.
– Мотор тихий, – объяснил шофер. – А мне эта маскировочная тишина уже вот где сидит! – и он провел указательным пальцем по горлу.
Пассажир пожал плечами.
Грунтовая дорога уходила в холмы. Машина шла медленно, слепо следуя наезженной колее. Свет фар выхватил на обочине дороги деревянный грибок – довоенную автобусную остановку. Прямо на земле под ним сидел человек, прислонившийся спиной к «грибной» ножке. Увидев машину, он вскочил на ноги, и в его руках появился автомат. Человек сделал шаг из-под грибка и пустил очередь в воздух, приказывая машине остановиться.
– Кажется, попались! – упавшим голосом произнес шофер и нажал на тормоз.
– А если резко вперед и сбить его к чертовой матери?! – предложил пассажир.
– Это же не легковушка! Один кузов чего стоит, и в кузове еще тонна!
Тем временем человек подошел к кабине со стороны шофера, дернул на себя дверцу, отступил и крикнул:
– Выходи на расстрел!
Шофер прищурился, стараясь высмотреть лицо напавшего, но разглядел только военную форму, такую же, как и на них. Слишком знакомым показался голос незнакомца.
– Потуши фары! – прошептал пассажир.
Шофер внезапно обрадовался. Как эта мысль не могла прийти ему сразу?! Он отключил фары – и темнота мгновенно заполнила освобожденное от света пространство.
Шофер и пассажир сидели неподвижно, смертельно боясь выдать себя пусть даже едва слышным шорохом.
– Вы это зря, ребята!..
– Так это же… – зашептал пораженный пассажир, – это же Горыч!
– Откуда? С того света? – возразил шофер.
– Горыч! – негромко выкрикнул пассажир.
– Узнали наконец! – донеслось из темноты. – Но я вас раньше узнал!
Шофер включил фары и свет в кабине. У открытой дверцы появилось знакомое небритое лицо.
– Так тебя что?.. – уставился на него шофер.
– Что-что? Ясное дело. Пообещали в расход, но не успели. Я конвойного стукнул, автомат забрал – и в темноту!
– Значит, тебя ищут, – кивнул пассажир.
– Да. Мне теперь только туда можно, – и Горыч показал пальцем на небо.
