- Тем более, что точно неизвестно, бывают ли у инопланетян вообще дети. Может, бывают, но это только предположение. В рассказе написано всё, что было увидено. Как кинопленка - больше ничего неизвестно. Можно только размышлять.
Кинопленка кажется непонятной потому, что она снята, не по принципу причинности, а по принципу синхронности. Следовательно, инопланетяне утверждают, что люди способны мыслить и по этому принципу. По принципу причинности всё не удастся понять. И этот принцип есть во всех рассказах. Всё, что акцентировано в одном рассказе, в том или ином виде есть во всех.
- Заканчивай, Том, это уже становится не похоже на рассказ.
- Это не похоже на рассказ. Потому, что в отличие от рассказа это абстрактно, примерно, неточно, а следовательно, попросту неверно.
Смысл рассказа и есть - точность. То есть конкретность.
- Последнее, Том.
- Последнее? Ну пусть это будет так: самое сложное литературное произведение, которое я встречал: - Повести Белкина. Здесь меньше сложности.
- Здесь нет никакой сложности.
- Здесь нет никакой сложности.
- На Повестях Белкина может крыша поехать.
- Может.
- Здесь нет.
- Здесь проще.
- Проще.
- Почему люди ходят из каменного века пить пиво в двадцатый?
- Шампанское.
- Да какая разница.
- Доказывать это сложно.
- Потому что в тупик, так сказать, приходится встать: требуется доказать, что люди ходят, как будто очевидно, что они летают.
- Даже не знаю, что сказать.
- Даже не знаю, откуда они это взяли, что нельзя.-
- Выдумывают.
- Выдумывают черт знает что.
- Почему он говорит, что его фамилия Ф.?
- Потому что он фабрикант.
- И у него есть рабочие.
- Совершенно почти бесправные. У них нет даже документов.
- У них один документ на всех. Один паспорт на всех на имя Б.
- Рабочие производят воображаемую продукцию.
- Старо. Но правда. Такая фабрика была и у А.Д.
- Чтобы поверили в такого фабриканта, надо послать статью в какую-нибудь газету, напр., СКАНДАЛЫ, что это не его рассказы, что он нашел их в бабушкином сундуке через много лет после ее смерти. Откуда они взялись? Никто не знает.
- Можно этого и не делать.
- Когда они узнают все об этих рассказах...
- Предстоит, возможно, тяжелая теоретическая битва.
- Разве ты забыл, Том, что нам не нужно сражение?
- Нам не нужно сражение.
Можно ли сражаться с тем, кого нельзя превзойти в сражении?
- Нельзя.
- Нам не нужно сражение.
- Нам нужна победа.
- Скажем тогда просто: не может быть изобретена телега, если никто не изобрел колес.
- Можно долго или коротко украшать свое произведение - всё равно это будет корыто для рубки капусты.
- Если раньше никто не изобрел колес.
- Тогда и телега не зря.
- Здесь три звездочки.
- Ставь.
* * *
- В рассказах нет никакой сложности, если в них ничего не менять, даже названия.
- Сложности появляются, если попытаться что-то изменить в них.
Пока. Увидимся позже.
- Рано прощаться, Том.
- Да. Леопард. Что с ним делать?
- Пусть гуляет, а. Том? Раз уж убежал?
- Действительно, почему он должен есть кого-то, а потом умереть раньше времени?
- Разве должен умереть леопард ради рассказа, который вам подарят?
- Я думаю, Бен, мы сможем жить, не убив леопарда.
Рассказ не может жить без леопарда.
Не наоборот.
- Всё, что ли, пока?
- Закончи, Бен, теоретической фразой, пока не выветрилось шампанское. Всё равно никто не слышит: так как мы гуляем по ночному городу.
- Вот так всё начинается. Теперь, прежде чем сказать теоретическую фразу, надо сказать пару фраз о теоретических фразах.
Первая. Когда недавно по телевидению Армена Джигарханяна спросили, почему он редко выступает по телевидению, в отличие от некоторых других актеров, он сказал, что если выступать часто, то пропадает ощущение тайны, а дальше самое главное, дальше он сказал:
- Тогда какой смысл.
Вот, так сказать, и вся недолга.
Вторая. Фраза, так сказать. Эрнст Неизвестный, рассказывая о своём ДРЕВЕ ЖИЗНИ, сказал, что его нельзя придумать, его можно только создать в конкретной форме.
Так и любой рассказ.
Теперь теоретическая, так сказать, фраза.
Противоречия отдельного рассказа нельзя исправить в нем, ибо они исправляются другими рассказами. Если исправить в нем, то получится противоречие по отношению к другим рассказам. Таким образом противоречия, непонятности связывают рассказы между собой. И получается: если нет ошибки, то ее, естественно, и нет, а если она есть, то ее всё равно нет, ибо дальше пишется в соответствии в этой ранее сделанной ошибкой или противоречием.
И вот теперь эта самая теоретическая фраза, но не наша, а одного человека:
- И даль свободного романа...
- Как, Том, хорошо?
- Хорошо.
Пропущенная часть
Зачеркните запятую и поставьте знак вопроса, как это положено.
- Он уже стоит.
- Где?
- Запятая стоит при условии существования правила, что здесь должен быть обязательно знак вопроса.
- И всё-таки: где он.
- Ясно, где.
- Хорошо. Или хорошо?
- Это напрасно.
- Это напрасно?
- Если не отстоять знаков препинания, их присутствия или отсутствия, то это будет началом разрушения рассказа. В этих рассказах даже названия нельзя менять. В других можно, здесь нельзя.
- Почему?
