– Психа надо было в дело брать, я тебе с самого начала говорил. А не этого… сосунка. Актер погорелого театра! Брось его уговаривать как целку, Веня, поехали сами. Нечего резину тянуть. Время тикает. «Скорую» нам не навечно дали!
– Все, последний раз предлагаю – или с нами, или херачь обратно на блокпост пешком. А если стукнешь кому…
– Я не стукач.
Я действительно не стукач. Я актер – но даже не погорелого театра. Просто неудачник. Не сумевший отпихнуть, пнуть, переступить… не смогший прогнуться под кого надо в нужный момент. В Тамбове у меня мама, наша малогабаритка, Юлька, с которой мы встречались, как она говорила, «по-настоящему», а я… я просто плыл по течению. И если бы не было Юльки – то нашлась бы другая, которой захотелось бы «по-настоящему», и я бы ей подыграл. Красиво бы подыграл. Талантливо. На самом деле у меня в Тамбове была только мама… и никаких денежных и карьерных перспектив. А Юлька… она бы больше подошла этому Саньку или Венику… Потому что она ждала не меня, а деньги, которые я отсюда должен был привезти. И если я приеду пустой, то она просто повернется и пойдет предлагать свою молодость, нежную кожу, синие глаза тому, кто предложит больше, чем малогабаритка в спальном районе в придачу со свекровью. Тому, кто заплатит «по-настоящему». «На расстоянье» видится не только большое, как сказал мой любимый поэт. «На расстоянье» видится ВСЕ.
– Он бабки отстегивает на ихнюю армию, братану чуть не БТР персональный купил, чтоб он нас тут херачил! А в прошлом году пьяный на своем «лексусе» гр…баном девку на переходе сбил. И что? А ничего! Замяли дело – как будто она сама на красный под колеса выбежала. И свидетелей даже нашли. Да купили они всех! У меня сосед все своими глазами видел, так ему сказали – вали отсюда, пока цел. Ничё ты не видел, пьяный в стельку дома лежал, вот, и жена подтверждает! Вот так они с нами, с простым народом…
Я, кажется, читал про этот случай. Нет, точно читал: особо развлечься тут было нечем. Я не ходил на сомнительные «вечеринки» – с доступными девицами, кокаином и виагрой, которую каждый брал сколько хотел – чудодейственный препарат, после приема которого любой импотент мог куролесить ночь напролет, стоял в подвале штаба ящиками. «Давай, поднимай свой боевой дух! Виагра – это наши боевые сто грамм», – как цинично говорил все тот же Веник, рассовывая по карманам таблетки, которые он именовал «колесами», и презервативы. Я отнюдь не собирался блюсти рыцарскую верность той же Юльке, но… девки, которые вешались на шею нашим бойцам сами, были такого разбора, что только Веник бы ими не побрезговал. Интернетом нам пользоваться не разрешали, да его зачастую и в помине не было. Так что мне оставалось либо сидеть в казарме и слушать бесконечное заунывное пение Психа, либо читать все что под руку попадется – в том числе и подшивки местных газет. Собственно, газеты меня как раз интересовали больше всего. «Для того чтобы стать своим в доску и понять, чем живет страна ли, город ли, или захолустная английская деревня, нужно читать местную прессу!» – так говаривал мой любимый учитель – и он наверняка был прав.
– Поехали, – бросил хмурый Санёк, Веников то ли кум, то ли сват – в этом я плохо разбирался, и развернулся ко мне: – Вали по бетонке до окружной, потом налево, до блокпоста. И все: ты нас не видел, мы – тебя.
– Подождите… я с вами! – почему-то вырвалось у меня.
– Ну, крассава! – неподдельно обрадовался Веник. – Я знал, Грек, что ты, млять, не подведешь! Скидывай свое барахло и надевай гражданское, быстро! И халатик сверху! Опа! «Интернов» видал? Не, ну ты в халате чисто этот… в натуре, поп который! А я у тебя типа фершал буду! Га-га-га…
Я быстро облачился в цивильное, а поверх напялил белый халат. На шею мне для пущей важности повесили стетоскоп, а в кармане халата нашлась одноразовая голубая маска.
– Как к воротам подойдешь – наденешь маску. Нечего рожей светить – вдруг у него там камеры? А ты ваще меньше рот разевай, а то еще ляпнешь что-нибудь… не в тему! – велел Санёк «фельдшеру». – Да, на тебе вот это… – Старший нашей «бригады» сунул мне что-то, похожее на банковскую пластиковую карточку. – Ксива липовая, но фотка – настоящая. Кучу бабок за нее отвалил! Скажешь, брателло тебе дал. Вот, мобила его. Позвонишь, и все тип-топ, как договорились. Ну, давайте, давайте, в темпе! Нам его еще обрабатывать надо!
