- Завтрак готовили. Вместе, – Том успел расслабиться и чуть съехать в кресле, но тут же ошпарено подскочил. - Эрик в одних штанах и Билл в его рубашке. Да, было у Тома почти такое же выражение лица.
- Они провели ночь вместе?! – приглушено, от едва подавленной ярости.
- Не те вопросы задаешь ты. Но да, Билл был в отчаянии, а Эрик вытянул его из зыбких мыслей своими поцелуями. Сменилось удивлением отчаяние, смятением, гневом, а после признания давнего друга, желанием. Только пусть проблема измены лежит на том, кто ее спровоцировал, тебя с Биллом это не касается.
- Но ведь Билл…
- Не твой Билл. Наш Билл эту ночь провел с тобой. Главное было в разговоре. Когда Эрик убедился, что Том не навредит мальчику, оставил их наедине. Поговорили парни.
- О чем?
- Долго Том молчал, не веря, смотрел в глаза брата. А потом, видно, поняв все, кивнул себе и заговорил. Просил принять его назад, говорил, что разведется с женой, клялся, что у них ничего не было.
- А Билл? - Том подошел к телескопу, словно мог увидеть в нем то, о чем говорил ученый. Но в светящемся шаре видны были лишь точки.
- Молчал тоже долго, Том не торопил. А потом сказал, что летит с Эриком на Гавайи, а это по другую сторону океана. Билл говорил, что больше не может терпеть, что не выносит всей той боли, которую ему причиняет Том.
- А Том что? Не говори, что он стоял и молчал!
- Не стоял. Упал на колени, ноги брата обнял, умоляя простить, умоляя не оставлять его. Умолял понять, просил еще одного шанса, чтобы все исправить.
- Пожалуйста, - Том сжал руку Электра, заставляя посмотреть себе в глаза, - скажи, что Билл дал этот шанс.
* * *
Билл метался целый день, не позволяя себе присесть даже на минутку. Он не давал себе времени анализировать утро. Не давал себе думать о поведении Тома, не позволял себе думать плохо о муже. Но уже к вечеру в темном холодном замке стены начали давить, Биллу хотелось свежего воздуха. И когда он вышел на этаж королей, видя в конце коридора раскрытые двери балкона, вздохнул с облечением.
Неистовый ветер трепал белые тюли, врывался в коридор вместе с тьмой ночи, неся холод. Он тут же кинулся к Биллу, обнимая, розовя бледные щеки озлобляющими поцелуями, яростно зарываясь в ароматные волосы и утихая, млея. Билл обнял себя руками, выйдя на балкон, он всматривался в непроглядную даль и вдыхал полной грудью трескучий мороз.
- Красиво, не так ли?
Омежка вздрогнул, оборачиваясь на слабый знакомый голос.
- Королева? – мальчик удивленно окинул взглядом сжавшуюся в углу балкона женщину. Свет от ламп в коридоре позволил ему заметить, что та была в одних схенти. Загорелая, припорошенная налетевшим снегом кожа отдавала синевой. Как долго она сидела на каменном полу балкона? И как долго еще собиралась на нем просидеть? – Давай я отведу тебя в спальню, ты замерзла.
- Я остыла, – женщина попыталась улыбнуться, но лопнувшие на морозе губы не растянулись. Альфа протянула ледяную руку, Билл помог подняться королеве и, так же держа за руку, завел в коридор.
- С тобой все хорошо? – мальчик закрыл двери балкона, неаккуратно прищемляя занавески. Он окинул взглядом полуголую женщину, и направил Силу, согревая ее кровь.
- Нет, - Альфа вздохнула. И в этом вздохе не скрылся приглушенный всхлип.
- Я могу помочь?
- Билл, - невесело улыбнулась царица исцеленными губами, касаясь длинной свободно спадающей черной прядки, выбившейся из косы Омежки. - Наверное, только ты сможешь меня хотя бы частично понять.
- Понять в чем? - Билл отстранился, и прядь выскользнула из тонких пальцев Альфы, вызывая у нее очередную грустную улыбку.
- Мне казалось еще сорок лет назад, что я не смогу так жить, но только сейчас я понимаю, что действительно больше не могу.
- О чем ты говоришь? - растерянно спросил Омежка.
- Билл, ты представляешь, как это - намеренно причинять боль любимому человеку?
- Да. Наверное, - насторожено ответил мальчик. – Но я это делал, потому что не осознавал своей любви и хотел оттолкнуть Тома. А твоей грубости к Миреосу я не понимаю.
- Я больше всего на свете хочу сделать его счастливым, – Альфа пылко прижала руку к обнаженной груди. – Больше всего на свете. Но о каком счастье может идти речь, если мой муж от поцелуя может умереть. Я больше не могу так. Я просила его, я умоляла во время его цветения зачать ребенка…
- Он не согласился.
- Нет. Он не дал мне покоя даже на семь месяцев.
- Ну, я бы тоже не согласился, если бы со мной так поступили. Забрать дитя у Омеги? Ты хоть представляешь, что он чувствовал?!
- Он бы умер! – женщина отчаянно взмахнула руками. - Он бы исчез! У меня нет выхода. Я молюсь богам каждый день, я молю их простить нас, молю забрать Дар Мири, но они отвернулись от нас. Я не вынесу, Билл, я горю внутри, мое тело не выдерживает лотарии. Ей мало любви два раза в год, а большего я ей дать не могу.
- Вы умираете? Но я ничего не вижу.
- Потому что это не болезнь. Мы протянем год от силы, поэтому хочу тебя попросить о наследнике.
- Но, королева! – негодующе воскликнул Омега.
- Билл, у людей должен быть король. Вы должны сесть на трон после нашей с Миреосом смерти.
* * *
