Следующим по списку был городской храм. Несмотря на позднюю ночь и дикое изнеможение, он оседлал сингара и отправился в центр города. Здание было построено на высокой горе всего два года назад, по наставлению королевы. Том редко в нем бывал, хоть он выглядел куда богаче и искуснее построенным, принц предпочитал молиться в первом храме. Он простоял на коленях до раннего утра, шепча благодарность и моля о помощи. В момент, когда Том в очередной раз засомневался в благосклонности богов, в храме прозвучал детский смех. Вера вновь наполнила сердце мужчины, и пылко поблагодарив богов за ответ, Альфа спешно покинул храм, направляясь на рынок.
Несмотря на бессонную ночь, переживания и неустанные молитвы, Том чувствовал себя бодрым и одушевленным. Первое, что он хотел сделать – купить подарок для своего маленького счастья. Купить что-то особенное, такое же красивое, как и его мальчик. Второе - заказать топчан своему хранителю.
* * *
Когда водяной столб часов указывал на ранне утро, Билл подошел к небольшому домику. Невысокие каменные стены и даже крыша были обвиты вьющимися белыми розами. Обернувшись, чтобы убедиться, что его никто не увидел, принц тихо ойкнул. Колючий стебель прошелся по шее, но уже спустя мгновение он забыл о царапине, стуча в дверь.
- Здравствуй, Густав. Я к Геворгу, – Билл осмотрел молодого парня, подмечая, что он весь светится, даже не улыбаясь.
- Проходи, - Альфа отошел в сторону, пропуская бывшего подопечного мужа в дом.
Небольшой, всего-то четыре комнаты, но такой уютный, здесь счастье чувствовалось даже в пропитанном миндалем воздухе. Они же с Томом так и не перешли жить в дом при замке, продолжая разделять свою жизнь на три комнаты.
- Родной, кто там? – в дверях спальни показался хранитель в дорогом одеянии. Мягкая даже на вид ткань расшитого бирюзой платья обтягивала его живот и округлившиеся бедра, длинные русые волосы были завязаны в аккуратный низкий хвост, с несколькими свободными прядками, казалось, перед Биллом стоял совершенно другой человек, более умиротворенный.
- Милый, я же просил, - Густав тут же подбежал к своему Омеге, причитая. Билл никогда даже предположить не мог, что можно так ласково ругать. – Ты же знаешь, что уже нельзя много ходить. Зачем ты поднялся?
- Мы немного проголодались.
- Сейчас я вас накормлю, – Густав погладил животик мужа. - Где хочешь есть, в постели или на кухне?
- Ты убираешь в спальне, мы, наверное, будем тебе мешать. Давай лучше на кухне.
- Билл, ты завтракал? – супруги обернулись на остолбеневшего мальчика. – Билл?
- Да-да, я завтракал, – соврал принц. Пытаясь скрыть свое замешательство, Билл прошел на кухню, не видя, какими взглядами его проводили Густав с Геворгом.
- Ну, как ты? – спросил хранитель, когда Густав удобно усадил его на скамью, заботливо подкладывая под бедра и спину мягкие подушки.
- Не знаю, - Билл присел рядом с хранителем, не понимая, почему старается не смотреть, как Густав ухаживает за супругом. Как, бегая от плиты к столу, Альфа, казалось, парит над полом. Подливает молока, подает из рук рогалика с орехами, осторожно сглаживает крошки, упавшие на выпирающий живот Геворга, и просто отсвечивает счастьем.
- Я буду в спальне, хорошо? Если что-то захочешь, не вставай, просто позови, и я приду, – Альфа наклонился, целуя мужа в губы, а затем присел перед ним, трепетно целуя живот. – Позовешь? – заглядывая в чайные глаза.
- Позову, - ласково ответил Геворг, проведя увешенной золотыми тонкими браслетами рукой по белым растрепанным волосам стража.
Поцеловав мужа еще раз, мужчина нехотя ушел в соседнюю комнату. Георг провел его взглядом, и как только муж скрылся за дверью, повернулся к притихшему Омежке.
- Как то кресло, что мы заказывали? Пользуешься?
- Нет, сейчас не хочется, – Билл растянул губы в робкой улыбке, все так же не глядя на хранителя.
- Как твое самочувствие? – вопрос был задан с тревогой. Геворг не мог поверить, что перед ним сидит его когда-то прекрасный подопечный. Нечесаные волосы, простая одежда, ни одного украшения, даже браслет на ножке не звенел.
- Нормально, - вздох так и рвался с груди.
- Хотя могло бы быть и лучше? – Геворг внимательно осмотрел еще больше похудевшего Омегу. Впалые щеки, бескровные губы, под не подведенными глазами залегли синяки, сцепленные в нервные кулачки руки чуть подрагивали. Отчего-то именно на руках хранитель задержал свой взгляд дольше, не понимая, что его смутило.
- Не знаю, наверное, нет, – Билл потупил взгляд, чувствуя кожей, как Геворг рассматривает его. В какой-то мере, Омежке стало стыдно, что он такой несчастливый, сидит и даже своим видом портит счастье другого. Но ему больше не к кому было пойти.
