- Ну, и что ты хочешь знать? – мальчишка нескромно зевнул, прикрыв тяжелые веки, но тут же заставил себя бодрствовать. Еще не хватало уснуть в одной постели с червячком, как он мысленно окрестил Тома новым прозвищем, после того как подметил мокрые ресницы и припухшие глаза Альфы.
- Твой Дар, - тут же сделал первый выбор принц. – Ты почти убил мою охрану, а потом вылечил. Мало того, мой сингар… - Том эмоционально взмахнул руками, вспоминая то мгновение, когда его сердце чуть не оборвалось. – Это же удивительно!
- Ничего удивительного в этом нет. Многие не скрывают своего Дара, как, например, Густав – он твой щит. Или зельник – потому что это его ремесло. А я… У меня ужасный Дар, – Билл вновь прикрыл глаза, пряча горькую улыбку под такой же горькой, из-за трав, маской. – Я вестник смерти.
- Кто? – Том привстал, забывая следить за одеялом.
- Я не только вижу, кто умрет, но и могу убить. Специально или в гневе, не всегда могу контролировать это. Но то, что я вижу убийц или смерть, помогает мне помочь умирающим, ведь я так же могу и оттягивать конец, исцелять, а иногда, если душа еще не успела уйти на покой, возвращать ее в тело.
- Ты, наверное, помог многим людям, - предположил принц.
- Ни одного не спас. Не было в моей жизни человека, который бы заслуживал мою помощь в плане исцеления, не считая, конечно, твоих охранников – сам им навредил, сам же и вылечил.
- А с животными как? – Альфа не был удивлен ответу Билла.
- Я не знаю, как и почему. Возможно, животные просто отвечают мне взаимностью. Я люблю их, помогаю, исцеляю их раны, а они помогают мне, - Омега удобней лег на кровати, уставившись через провиснувший темный балдахин в скудный не подведенный известью потолок. Животные – единственные его друзья, которые не давали все эти годы загнуться от тоски и одиночества.
- Твой отец – Омега Маул, а кто второй родитель? – этот вопрос всплыл в голове Тома неожиданно. Ведь все это время он даже не замечал, что происходило в семье жреца. Но сейчас он отчетливо помнил, что на церемонии отец Билла объявил только свое имя в рождении его Омежки. Это странно. Ведь Ланит – муж верховного жреца, который умер еще задолго до появления Тома в городе Небесных, получается, был вторым отцом лишь старшим сыновьям? А Билл? Чей он?
- Я не знаю… Папа никогда не говорил. Так что, ты правильно понял, Ланит не мой второй отец. И именно из-за этого он не выдержал, думая, что папа ему изменил.
- Я могу спросить, что произошло? Вашу семью считали образцовой, три ребенка – знак великой любви, - Том придвинулся ближе и, набравшись смелости, взял в свою руку тонкие пальчики в перчатке.
- Мой папа любил Ланита больше всего в мире, конечно же, только не больше богов, – Билл не освобождал свои пальцы, ему нравилось осторожное прикосновение. - Маул бы никогда ему не изменил, к тому же это очень болезненно, а то и смертельно. Но факт, а это я, налицо. Они сильно поссорились из-за какой-то ерунды, Ланит уехал в город Бет на два года, а когда вернулся, папа был беременен. И началось. Я был маленьким, но помню громкие крики, рыдания, звуки разбившийся мебели. Помню, как меня пытались убить…
- Что?! О боги! - Том совсем близко придвинулся, крепче сжав ручку любимого. Неужели он мог его потерять, даже еще не встретив?
- Да нет, предполагаю, что боги тут ни при чем. Я просто могу исцелять не только других. Хоть и медленно мое тело может заживлять раны. Только пламя, жуткую боль, пробирающую до самых костей, я все еще стараюсь забыть. Меня выхватил из рук папы Ланит и бросил в пылающий камин на кухне под храмом. Он визжал как ненавидит меня, своего мужа, что больше не может терпеть все это. А после он совсем обезумел и убежал. Через три дня его растерзанное тело нашел зельник, собирая лесные травы и ягоды, – и как бы больно Биллу ни было вспоминать, закончил он на равнодушной ноте, все так же смотря в никуда.
- Мне жаль, что у тебя было такое детство, - попытался что-то сказать Том, чтобы показать, как сильно он переживает вместе с любимым.
- Себя бы лучше пожалел. У тебя-то семейка не лучше, – грубо бросил Омега, высвободив свою руку. – И спи, давай, я устал и хочу уйти тоже спать. Хотя нет… Сначала ты мне тоже скажешь, какой у тебя Дар, – Билл резко повернул голову к Тому, прищурившись.
- Я… кхм… - Том кашлянул, рыща глазами решение. Он не мог сказать мужу, что является его любимым морским чудовищем, что выслушивал все его нарекания и признания в чувствах – это бы перечеркнуло их начатую дружбу, но вновь врать тоже не лучший вариант. – Я владею огромной физической силой и водами океана.
- Насколько огромной? – заинтересовался Омежка.
- Ну-у… - помешкал нарочито скромно Альфа, ведь на самом деле ему хотелось произвести впечатление, - я могу удерживать на плечах целые тонны воды, находясь на самых глубоких впадинах в океане. Это и помогло мне спасти тебя.
- Значит, все твои хваленые победы – всего лишь заслуга Дара богов, – разочарованно протянул Билл, отвернувшись и прикрыв свинцовые веки, для него Том больше не был героем.
